Книга Его своенравный трофей, страница 45 – Александра Питкевич

Ребра обожгло резкой вспышкой. Бирка. Кожа над ней уже воспалилась, пекла почти не переставая, но такая боль была впервые. Мое время выходило. Еще немного, я могу серьезно заболеть. Еще один камень в копилку князя Вей.

Глаза закрылись. Сердце успокоилось. Я знала, чья победа мне нужна. Осталось надеяться, что боги будут благосклонны к моему выбору и помогут этому опасному мужчине против колдуна из степей.

Караван принцессы казался бесконечным. Стоя у крайних юрт стана, рядом со встречающими, я пыталась посчитать повозки и кареты, но сбилась на втором десятке. А сколько свиты было верхом… Казалось, эта змея растянулась до самого горизонта. Новый император был настроен серьезно касательного этого союза.

– Хорошо, – громко, с удовлетворением произнес Додай, расправляя и без того широкие плечи. Мужчина был уже не очень молод, над поясом выделялся живот, но даже это не давало выглядеть хану слабым. Он был еще очень силен. А иначе и быть не могло, иначе не удержать степи в своей руке.

Сегодня я впервые видела катунь. Невысокая женщина, вся в дорогом бисере и вышитом кафтане, с высоким головным убором, украшенным перьями. Катунь тоже не была молода, но одного взгляда на нее было довольно, чтобы понять все величие этой женщины, прошедшей с супругом не одну сотню ли по степях, ждавшая его со многих боев.

Она медленно повела широким рукавом, и несколько служанок тут же бросилось вперед, раскатывая длинный северный ковер ярких, сочных цветов.

– Стул для Великой Матери, – тихо проговорила хозяйка степей, и несколько человек тут же бросилось к юртам. Я не успела заметить, откуда принесли требуемое, но все сделали так быстро, словно вынесли из близстоящего шатра.

Катунь следила за всем краем глаза, стоя на полшага позади хана.

Резной деревянный стул с подлокотниками, застеленный мягкой подушкой, поставили по правую руку от хана, и старуха медленно села, не сводя взгляда с горизонта.

Первые повозкиуже приблизились, и я видела высокого мужчину в серебристо-черном доспехе у головной кареты. Наконечник длинного копья сверкнул на солнце, ослепляя. Ребра сдавило в тревожном ожидании. Князь Вэй был здесь.**

Я не ожидала, что император пришлет сановника Бин. При правлении его отца, этого мужчину незаслуженно задвигали в самые низы, давай работу явно не по уму. И вот теперь он, кажется, дождался своего рассвета. И держался он достойно, без высокомерия и с почтением, когда зачитывал указ склонившим голову кочевникам.

Я ждала перечисления даров, но видно ради такого дела сменили протокол. Все верно, степняки не любили подобного. Список можно будет обсудить и позже, за опущенными полами шатра.

– … Принцесса Восточных Гор,– объявил сановник, и подошел к карете, протянув руку.

Первым вынырнул шелковый розовый рукав, тонкий настолько, что через него просвечивала вышивка нижнего, персикового платья. Но не рука.

Невысокая, тонкая, словно лоза, с нитками бус вдоль круглого лица, из кареты вышла младшая сестра императора. Я плохо знала эту девушку, что воспитывалась в отдалении от шума и суеты двора. Широкая лента на локтях, черные волосы, золотые хризантемы вышивкой на груди. Она не поднимала глаз, глядя только на сапоги хана. Покорность и смирении, как полагается юной девушке.

Принцесса была прекрасна, и этого нельзя было не признать. По рядам кочевников прошел одобрительный вздох. В задних рядах кто-то шептал в восхищении.