Книга И пеплом стали звезды, страница 61 – Рина Сивая

— С некоторых пор пилотов у меня стало три, — не стал скрывать Харт.

— И куда же делся четвертый?

— Скажем так — теперь он должен мне новый корабль.

Понятно: работа предстояла рискованная. Мысленно я уже взвешивала все «за» и «против», и кроме грозящей опасности не видела поводов отказаться. Горький привкус безысходности на языке пугал сильнее, чем любая абстрактная угроза. Смысл жить так же, как я сейчас? Перебиваться с заказа на заказ, скакать между кораблями, терпеть пренебрежительное или откровенно хамское отношение? При всей недосказанности, тварг казался капитаном рациональным и справедливым, да и обо мне отзывался изначально хорошо, хотя кроме слухов от Сэта Оли ничего не знал. Почему бы не проверить его слова на практике?

Тем более, это всего лишь год. Всего лишь год работы и целый год, в течение которого у меня не будет болеть голова о том, куда податься. А смерть… для меня она может стать избавлением, а не трагедией.

— У меня кошмары, — честно предупредила я. Сэт Оли тоже о них знал, но запретил мне использовать препараты — боялся, что из-за них я стану медленнее соображать и спать на ходу. Не знаю, какие басни он рассказывал об этом, но не удивлюсь, если их он также обыграл мне во зло. — Если не хочешь, чтобы я весь корабль разбудила своими криками, я буду принимать снотворное.

Тварг оскалился так широко, что я увидела полный набор его неровных зубов.

— У нас хороший врач, она поможет.

Я отрицательно покачала головой.

— Мне не нужен мозгоправ. Мне нужны ампулы.

Если моя категоричность и вызвала у Харта недовольство, он никак этого не продемонстрировал. Лишь развел широко руки и хлопнул себя по бокам.

— Что же, у всех свои кошмары, — бросил он так же небрежно, как когда-то Даг Таурис, и у меня екнуло сердце. — Если тебе от этого легче, будет тебе снотворное.

Харт Генри Лариас изъявил желание улететь той женочью. Он дал мне два часа, чтобы собраться, но у меня было не так много вещей, поэтому уже через час я поднималась на борт его маленького истребителя.

— «Орто-8», — вырвалось у меня непроизвольно. Вот уж действительно, ирония судьбы — снова оказаться в этой же железной консервной банке. Запах остывшего металла, жженого озона и старого пластика ударил в нос как удар тока, вызвав целую лавину забытых ощущений.

— Летала на таком? — тут же среагировал тварг, кивком предлагая занять мне место пилота.

— Ты не можешь себе представить, сколько, — выдохнула я, проводя ладонью по шершавому, почти живому пластику панели. Пальцы сами нашли знакомые выемки и переключатели.

Стандартная комплектация предполагала, что в кабине будет только одно кресло, но эта модель явно была переделана и доработана, чтобы внутрь помещалось два. Да и боекомплект у него был гораздо больше тех, на которых летала я во времена службы. Кажется, это было в другой жизни.

— Это хорошо, — тварг снова улыбнулся, застегивая ремни. — Координаты моего лайнера вбиты в бортовой компьютер. Уноси нас отсюда, птичка!

Сердце вдруг обрушилось куда-то в пятки. Я вздрогнула, и пальцы сами собой разжались. Призрак чьего-то голоса, теплого и насмешливого, на мгновение пронесся в памяти. Пришлось вцепиться в штурвал мертвой хваткой, чтобы скрыть дрожь.

— Никогда не называй меня так, — куда тише, чем хотела, произнесла я. Закрыла глаза и досчитала до десяти, уговаривая себя, что переживу этот момент позже, когда останусь одна в компании снотворного. Сейчас мне нужно было собраться с мыслями и оторвать истребитель от Галтеи.