Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 2 – Виктория Кузьмина

Помню, спросила что это за камень такой, а мама сказала Агат. И добавила — есть имя в честь этого камня Агата. Вот так у меня появилось это имя.

Сейчас я смотрела на нее и не понимала. Искренне не понимала. Ее страх был для меня чем-то из области сказок, страшилок, которые рассказывают детям, чтобы те не ходили одни в лес. Я училась там три месяца и ни разу не увидела ничего, что напоминало бы эти байки. Более того оборотни стараются не пятнать репутацию людьми.

Да, они были другими — диковатыми, слишком уверенными в себе, собранными в стаи. Но они не кидались на людей. Отношения между людьми и оборотнями, конечно, были натянутыми, но истории о том, что каждый второй норовит залезть к тебе под юбку, — это был просто бред.

Ну и кроме того, я не считала себя настолько красивой, чтобы какой-нибудь оборотень обратил на меня внимание и пошел против всех ради того, чтобы быть со мной.

На меня вообще мало кто обращал внимание. Я была серой мышкой с сумкой книг, которая спешила на пары и на которую никто не смотрел. И это меня вполне устраивало. Внимания мне в школе хватило.

Я достала телефон и начала вызывать такси. Мама ахнула, повалилась в кресло и схватилась за сердце. Я закатила глаза.

— Мам, прекрати. Все будет хорошо. Я буду приезжать к тебе каждые выходные. Обещаю.

Она не ответила, лишь смотрела на меня, как на обреченную. Но когда такси подъехало, она, стиснув зубы, помогла мне донести пакеты до машины, обняла так сильно, что захрустели ребра, и прошептала в ухо:

— Если что, сразу же пиши. Я приеду и заберу тебя. Ничего страшного, на следующий год переведемся в другой институт, где люди.

Я кивнула, села в машину и, только когда мы тронулись, позволила себе расслабиться, прислонившись лбом к холодному стеклу. Бред. Все это был полный бред. Да, среди них были опасные. Одна только мысль о них заставляла похолодеть кожу.

Весь институт знал о них. Два неофициальных короля. Два лагеря — тех, кто поддерживал Бранда Мори, и тех, кто преклонялся перед Сириусом Бестужевым.

Наследники двух самых могущественных кланов Сибири, которые почему-то сошлись в одной точке, в нашем институте. И теперь здесь шла своя, тихая и жестокая война. Они враждовали. Оба — безбашенные, жестокие, отбитые на голову. Их боялись все — и студенты, и преподаватели, и даже декан. Никто не мог им противостоять. Их кланы славились не только силой, но и богатством, вся Сибирь была поделена на их территории. Медведи и волки. Все остальные шли фоном.

Но ко мне это не имело абсолютно никакого отношения. Я не собиралась связываться ни с кем и принимать чью-то сторону. Я приехала сюда учиться.

Машина остановилась у знакомого кирпичного здания. Я выгрузила свой чемодан, вздохнула и зашла внутрь. Вахтер, пожилой мужчина в клетчатой рубашке, усыпанной катышками, лениво поднял на меня глаза.

— Серова? Комната 454, третий этаж. — Он протянул мне комплект ключей. — Соседка твоя уже там.

Я кивнула и побрела к лестнице. Общежитие было просторным, но обшарпанным. Ступени лестницы были выкрашены какой-то странной краской, отполированной до блеска тысячами ног. На такой лучше не ходить ни в мокрой обуви, ни сонной — свернешь себе шею.

Дойдя до своей двери, я услышала из-за нее заливистый девичий смех. Вздохнула с облегчением — значит, соседка веселая, будет не скучно. Я толкнула дверь плечом и застыла на пороге, словно тукан, уставившись внутрь.