Книга Два семестра волшебства, страница 18 – Салма Кальк

И действительно, дверь в лабораторию была не заперта, и там что-то делала в большом анализаторе Джеральдина Смолл, преподаватель чуть старше Айлинн, она тоже должна была нынешней зимой завершить работу над диссертацией и защититься. Джеральдина работала на кафедре третий год, и на её место не покушался никакой Томас Тейблтон.

— О, Айлинн, привет! Скажи, это правда, что ты теперь работаешь у боевиков?

Джеральдина очень общительна, даже чрезмерно, на взгляд Айлинн, но что поделать, коллега.

— Правда, — Айлинн не посвящала коллег в детали и беды своей работы.

— Слушай, кактак вышло, что вместо тебя пришёл этот дурак Томас?

— Наверное, на каждой кафедре должен быть определённый процент дураков, без этого не работает, — вздохнула Айлинн.

И почему-то вспомнился Бакстон — как он вчера снимал рубашку на лестнице.

Джеральдина фыркнула.

— Ой, не знаю. На него уже пожаловались студенты, что он не показывает, как надо, а с них требует, чтобы выполняли идеально. Профессор велел им написать бумагу, как положено, заверил, но никуда не понёс и положил себе в сейф под замок. А что там показывать-то, это ж первый курс, там простейшие вещи по связке предмета и силы, — пожимала плечами Джеральдина.

— Ну пускай ещё пожалуются, погромче, может быть, господин Тимс услышит наконец-то.

— На самом деле, мы все жалеем о том, что тебе пришлось уйти. И госпожа Маффет первая.

Госпожа Маффет, дама-артефактор преклонных лет, раньше занималась тем, что присматривала за материальной базой кафедры — обычной и магической, а теперь на неё упала ещё и работа с документами, потому что Томас Тейблтон с той работой, очевидно, не справится.

— Передавай госпоже Маффет привет, — вздохнула Айлинн.

Она хотела попробовать ещё один способ сцепления предмета и силы — если получится, то будет менее затратно, чем обычно. И для этого нужен был прибор, аккумулировавший силу мага, и отдающий её потом, и уже задачей артефактора было — перенаправить в предмет и совместить. Руки делали, а голова думала, и думала о том, что приятно, конечно, слышать о себе хорошее, и ещё — как все тут о ней жалеют, но это же ничему не поможет, правда? Поэтому Томас будет работать здесь, а она — решать проблемы кафедры нестандартных боевых взаимодействий. В конце концов, жизнь не обязана быть справедливой всегда, правда? Она просто такая, какая есть. Или… не обязана быть справедливой лично к Айлинн. Отец всегда повторял, что мир не крутится вокруг неё, и она всегда должна об этом помнить.

Вот, случай вспомнить, да.

Айлинн, будь рада тому, что тебе досталась какая-никакая работа, и не просто так, а в Академии, так что твоя квартира по-прежнему осталась за тобой. Ты справляешься с этой работой, твои новые коллеги (хоть и хотелось сказать — подопечные, но нет, коллеги, коллеги) уже уважают тебя. И если ты кому-нибудь расскажешь, что тебя звал пообедать и что там ещё бываеткрасавчик Ирвин Бакстон — то те, кто с ним знаком, оценят.

А то, что хотелось другого — ну так мир не обязан предоставлять нам то, что хочется, правда?

Айлинн так увлеклась, что очнулась от мыслей только от того, что на правую руку капнула слезища. Тьфу ты, дожила, сейчас добавишь тут неучтённых примесей! Прекрати жалеть себя немедленно, вдох, выдох, работать!

Пришлось остановить процесс, зажмуриться, продышаться, вытереть глаза, выйти наружу, глотнуть воды, а потом вернуться и начать с начала. И подумать о чём-нибудь другом.