Онлайн книга «Тигриный след»
|
--- Огород встретил её запахом сырой земли, чуть кисловатым и бодрящим, и густым шорохом травы. Инна надела перчатки, взяла старую лопатку и принялась расчищать вторую грядку. Земля сопротивлялась, как упрямый собеседник: комья прилипали к лезвию, корни цеплялись. Но с каждой минутой становилось легче — и внутри тоже. Артём молча работал рядом. Его движения были медленные, но такие уверенные, что казалось, земля сама раздвигается под его руками. Данила шёл чуть дальше, собирая сухие ветки и обрезая заросли, при этом постоянно отпускал шуточки, от которых Инна невольно улыбалась. — Ты так воюешь с сорняками, будто это твои враги, — сказал он, когда она особенно яростно выдернула корень. — А они и есть враги.Каждый листик напоминает мне свекровь, — хмыкнула Инна. — Упрямая, колючая и вечно растёт там, где не надо. Артём даже не поднял головы: — Тогда бей корень, не верхушку. Иначе вырастет снова. Инна на миг застыла. Слова прозвучали слишком многозначительно, и не только про огород. Она поймала взгляд Данилы — он заметил тоже, и уголок его рта дернулся. --- К полудню грядки выглядели не полем битвы, а землёй, готовой к новой жизни. Инна села на перевёрнутое ведро, вытирая пот со лба. Запах нагретой почвы был густым, тяжёлым, почти пьянящим. Она дышала им и вдруг поняла, что усталость — приятная. Не такая, как после бесконечных совещаний, а честная, нужная. — Вот и славно, — сказал Артём, оглядывая результат. — Земля любит руки. — Особенно женские, — добавил Данила, глядя прямо на неё. В его голосе было не столько восхищение, сколько что-то опасное, настойчивое. Инна отвела взгляд, чувствуя, как щёки налились жаром. Ну конечно. Нашёл момент. — Пошли в дом, — быстро сказала она. — Обед пора готовить. --- Дом встретил их прохладой и запахом вчерашних оладий, ещё хранящихся в воздухе. Инна разожгла печь, огонь загудел, словно приветствуя её. Она достала из погреба картошку, морковь и банку солёных груздей. Руки двигались быстро, уверенно, словно бабушка подсказывала каждое движение. — У тебя хорошо получается, — заметил Артём, сидя у окна. — Печь слушается. — Это потому что я её прошу, — усмехнулась Инна. — А не командую. Данила подошёл ближе, склонился над кастрюлей. Его дыхание щекотало ей шею. — А меня ты тоже попросишь? Инна резко отодвинулась, не давая ему удовольствия увидеть смущение. — Только если захочу, чтобы суп пересолили. Он рассмеялся низко, хрипло, и вернулся к окну. Артём бросил на брата короткий взгляд, но ничего не сказал. Когда еда была готова, они ели молча. Только звуки ложек да запахи: картошка, грузди, лавровый лист, печь. Инна смотрела на их руки — сильные, широкие, и вдруг ясно осознала: эти двое не просто соседи. Они часть чего-то большего, что держит деревню. И сама она теперь — в центре этого. --- После обеда они снова вышли во двор. Лес гудел тихо, но настойчиво, будто звал. Инна остановилась, слушая. В груди странно защемило — не страх, нет, а какое-то притяжение. — Слышишь? — тихо спросилаона. Артём кивнул. — Это лес. Он всегда рядом. — Он говорит, — добавил Данила. — Но не со всеми. Инна замерла. Запах хвои, сырой земли, смолы стал таким сильным, что она почти потеряла равновесие. Будто сама тайга дышала ей в лицо. И в этом дыхании было что-то родное, забытое. |