Книга Пепел на моих крыльях, страница 87 – Рина Белая

Не теряя времени, я перекинулась в свою истинную форму. Теперь, когда я снова была драконицей, я опустилась рядом с Ваэринэлем, стараясь не касаться его, чтобы не нарушить запрет на прикосновения. Я не хотела лишний раз дразнить Аш'Шарракса, это было бы неразумно.

Я окружила эльфа своим телом. Голова и хвост сомкнулись кольцом вокруг него, а сверху его укрыло мое широкое крыло, создавая кокон из своей магии.

Если ему не хватает магии для исцеления, — подумала я, тихо обращаясь к себе, — у него будет ее предостаточно.

Мне даже не пришлось ничего делать, магия сама начала струиться из меня, заполняя пространство вокруг. Она текла, словно теплый свет, проникая в пустоту, восстанавливая и наполняя все живое своей силой.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, наполняя утро мягким золотистым светом. День становился все ярче,а дыхание Ваэринэля становилось все увереннее. Аш'Шарракс больше не держал Лаэрона. Я заметила, как он молча удалился к реке, предпочитая держаться подальше от представшей его глазам картины моей непомерной заботы о другом мужчине.

Лаэрон сел неподалеку, зачарованно наблюдая за происходящим. Его глаза блестели, словно он был свидетелем чего-то, что трудно описать словами.

Через несколько часов Ваэринэль открыл глаза. Он несколько раз моргнул, будто пытаясь вернуть ясность сознания. Я выждала еще немного, давая ему прийти в себя, прежде чем осторожно убрала крыло.

Я оглядела его. На его теле больше не осталось ни единого следа сражения, ни шрамов, ни кровоподтеков. Ничего. Но что действительно привлекло мое внимание, так это его взгляд. Он был глубоким, будто он видел нечто недостижимо прекрасное, что теперь осталось только в его памяти. Его глаза светились благодарностью и тихим изумлением, словно он пережил нечто большее, чем просто возвращение к жизни.

Я отошла в сторону, к тени деревьев, чтобы спокойно сменить ипостась на человеческую. Я ощущала, как магия обволакивает мое тело, возвращая мне привычную форму.

У меня оставалось еще одно важное дело. Одевшись в приготовленный для меня «драконом» костюм, я пригладила волосы и вернулась к Лаэрону.

— Мне нужна заживляющая мазь, — попросила я.

Он, хоть и выглядел удивленным, молча протянул мне небольшую баночку. Кивнув ему в знак благодарности, я направилась к реке, где на каменном берегу спиной ко мне сидел Аш'Шарракс.

Я не была глупой или наивной девочкой и прекрасно понимала, насколько нелегко ему далось это решение — просто отступить и позволить мне проявить заботу к другому мужчине. Все в нем кричало против: его гордость, инстинкты и драконья сущность — они требовали действий, но он сдержался. Он не позволил ревности овладеть им, не поддался разрушительному порыву, что лежал в его природе. Я была благодарна ему за этот шаг, за эту сдержанность, которая потребовала от него борьбы с самим собой.

— Аш'Шарракс, — тихо позвала я.

Он медленно обернулся, и наши взгляды встретились. Я подняла баночку с мазью, показывая ее «дракону», и мягко спросила:

— Позволишь?

Он едва заметно кивнул.

Я опустилась напротив него, открыла баночку и осторожно обмакнула пальцы в густую мазь, от которойисходил приятный травяной аромат. Аккуратно я потянулась к его лицу. Когда пальцы коснулись его щеки, где кожа все еще выглядела обожженной и раздраженной, мое сердце забилось чуть быстрее, но я старалась оставаться спокойной. Я не хотела, чтобы мое прикосновение стало хоть сколько-нибудь болезненным для него.