Книга Сердце Белого бога, страница 32 – Рина Белая

Тоб посмотрел на свои ладони, будто разыскивая там ответы.

— Пытаясь выбраться из дома, я, по всей видимости, схватил кочергу и с размаху ударил ею охранника. Он скончался на месте. А я… Я стал пленником Арены, — закончил он, устало откинувшись к стене.

И снова перед глазами ненасытная арена.

— Встречайте! Любимица публики, наша неубиваемая Богиня смерти! — бодро прокричал в микрофон ведущий.

— Сделай всё быстро. Так, как ты это умеешь, — тихо попросил Верзила, взглянув на меня странным взглядом.

В следующий момент решётка открылась, и я ступила на песок, так и не успев понять, что значил этот взгляд.

Публика взорвалась ликующими возгласами, но я осталась безразличной. Сосредоточив всё своё внимание на центральных воротах, я ждала. Когда трибуны умолкли, я услышала рассудительный голос ведущего:

— Мы давно встречаемся с вами на Арене. За это время вы услышали множество страшных историй и увидели самых отъявленных негодяев. Все они вышли на смертельный поединок, и все… проиграли. Сегодня попытать удачу предстоит самому молодому преступнику.

Ведущий замолчал, давая эху своего голоса наполнить арену.

— Пусть вас не обманывает его приятная внешность и столь юный возраст. Порой под благообразной личиной скрывается настоящий злодей.

— Что сделал этот злодей? — громким голосом спросил кто-то из публики.

— Этот гадёныш с волчьей яростью убил человека.

— Покажите нам его! — с улыбкой потребовала высокая публика. — Мы хотим его видеть!

Лапы вросли в пол, когда я увидела Тоба. В поношенных штанах цвета хаки и вылинявшей футболке он был похож на случайного гостя. Он словно не понимал, как оказался на арене и что делает в его руках клинок. Тоб поднял клинок к глазам. В лучах искусственного света вспыхнуло стальное лезвие, на мгновение ослепив его. Он зажмурился, но, спохватившись, широко раскрыл глаза и устремил на меня свой взгляд.

Все это время я не шевелилась, с волнением наблюдая за Тобом.

— Я не верю своим глазам! Где тот напор, та внутренняя мощь, с которыми наша хищница всегда шла к победе? Мне кажется, или сейчас она готова сдаться? — прозвучал над головой голос ведущего.

— Что значит сдаться⁈

— Она же всегда нападала первой и первой била на поражение…

— Опасной схватки не будет? — посыпались взволнованные голоса с трибуны.

— Видимо, наша кошечка сегодня в плохом настроении и не собирается показывать нам свой строптивый нрав. Что ж, тогда я вынужден напомнить… — сказал ведущий, очень выразительно посмотрев на Тоба. — Если хищница не желаетидти в атаку, ты должен первым перейти в наступление. — и добавил:

— Без риска свободы не будет!

Тоб понял. Приподнял сжатый в руке клинок, весь внутренне сжался и… видимо, оценив свои шансы на успех, застыл, как изваяние.

В этот момент в его взгляде я не увидела ничего, кроме страха, который Тоб не мог подавить, но уже в следующий миг… какая-то мысль отвлекла Тоба, завладела его сознанием, скользнув странной тенью по его лицу.

Тоб разжал пальцы.

Клинок, который мог подарить ему свободу, упал на песок.

Тоб опустился на колени и, со слезами на глазах, протянул ко мне обе руки. Привыкшая видеть в Тобе только хорошие качества, я посчитала этот жест таким правильным, таким понятным, что предпочла не замечать ту скрытую тревогу, то странное напряжение, которыми он сопровождался. Ведомая узами нашей дружбы, я подошла к Тобу и положила голову ему на плечо, позволяя заключить себя в крепкие объятия. Это вызвало довольно странную реакцию среди высоких господ.