Книга Очень странный факультет, страница 112 – Ирина Субач

Я с удивлением посмотрела на смирную лошадку, которая самозабвенно пережевывала сено. И точно не выглядела норовистым скакуном.

– Она самая спокойная в табуне. Никогда не едет быстро, потому что у нее есть проблемы с задней ногой, точнее были проблемы… – будто пытался оправдать животное Эрик. – Но вот какая незадача.

Мальчишка юркнул кобыле под хвост, и я от ужаса зажмурилась.

Такой выверт грозил получить копытом по лбу, но Эрик явно не боялся.

– Вот, взгляни. – Он поднял лошадиную ногу, пытаясь продемонстрировать что-то.

– Я не понимаю ничего в лошадях.

– Копыто здоровое, – прошептал Эрик. – Отец не хочет меня слушать, говорит, ерунда это все. Может, Звезда и сама вылечилась. Но я точно знаю, что лошадь перестала прихрамывать сразу после того, как Эмма с нее свалилась. Вдобавок вот. – Он указал мне на подкову. – У нас таких нет. Кто-то ее переподковал. Цвет этой подковы отличается от других.

– Так, – кивнула я. – И что это может значить?

– А то, что я знаю, где использует такие. Но отец запретил об этом говорить, даже господину Плесецкому. А тебе я могу.

– Почему? – удивилась я. – Ты ведь меня совсем не знаешь.

– Потому что ты добрая, – пожал плечами Эрик. – Ты даже монстра кормишь. Значит, ты такая же, как и Эмма. Хорошая.

Логика была детской, непосредственной, и все же я зачем-то ухватилась за ниточку.

Вначале мне твердили, что смерть Эммы – несчастный случай.

Затем, когда Седвиг предположил, что это не так, то тут же заверил – никто не станет расследовать деталей. Так как всем все равно.

И вот сама судьба подкинула мне улики, чтобы я разобралась.

Разве могла я просто игнорировать эти знаки?

– И кто же так подковывает лошадей? – спросила я.

– Императорские конюхи, – едва слышно ответил Эрик. – Вот, тут слегка золотистый металл, – он провел пальцем по краю подковы. – Если не знать, то никогда не заметишь. Но мы, конюхи, всегда различаем и видим разницу.

– А почему лошадь хромать перестала? – задала я новый вопрос. – Есть предположения?

– Конечно, – важно кивнул мальчишка, отпуская лошадинуюногу и отводя Звезду в загон. – Вылечил ветеринарный маг. Таких всего пара человек на все королевство! И все они в императорском дворе.

Ох и по тонкому льду ходил Эрик.

Я прекрасно понимала, почему отец приказал ему молчать.

– Давай договоримся, – я присела так, чтобы наши взгляды с мальчишкой были на одном уровне, – ты больше никому про это не станешь говорить. Никому, слышишь?

Он кивнул.

– А ты? Ты скажешь кому-нибудь? – спросил он. – Ты же важная, тебя должны услышать.

– И я буду молчать, – покачала головой. – Но до той поры, пока не станет безопасно. Договорились? Но я обещаю, что постараюсь разобраться, как эта подкова оказалась на лошади.

Скорее всего, я обещала невозможное, опрометчиво и глупо.

Но слова Эрика в очередной раз доказали, что дело со смертью Эммы изначально не было случайностью. И интерес императора возник не на пустом месте, и есть что-то еще, кроме желания заполучить невесту для сына.

В конце концов – неужели в целой империи нет партии более достойной, чем девица из провинции, пусть даже переселенка с трижды уникальным даром, пусть смазливая и не полная идиотка?

Даже при всех этих обстоятельствах не выписывают из столицы уникальные артефакты для подавления магии, не разрешают лишних вольностей и не идут на неоправданный риск.