Книга Оставленная у алтаря, страница 94 – Ивина Кашмир

Не получается. Вцепился клещом.

— Ари, я люблю тебя.

У меня задрожали ладони. Пытаюсь отшатнуться, не позволяет, держит крепко.

— И люблю уже давно, — хрипло шепчет, наклоняясь. — А весь этот отбор невест не что иное, как игра, которую я веду с недавних пор, чтобы прижать к стене одного коварного человека.

— Так, подожди.

Я не узнаю свой голос. Скрипучий, сиплый.

— Как давно ты меня любишь? — шепчу, рассматривая крапинки в его золотистых глазах.

Его губы растягиваются в обаятельной улыбке.

— С тех пор как твой папа привёл тебя к нам во дворец. Растрёпанную. Розовощёкую. И со смешными косичками...

Дальше я уже не слышу.

Меня закрутило в розовом, блестящем тумане.

Риан меня любит...

Любит. Меня.

Как... как такое вообще возможно?

— Ари, может, домой пойдём? Я, между прочим, ночевал на твоём крыльце как бродяга. В итоге не выспался, а потом всё утро ходил за тобой, как цепной пёс. А теперь ещё простоял около салона красоты два часа.

— Бедняжка, — хмуро протягиваю. — А эльфийке ты подарил золотые браслеты до или после того, как ходил за мной по пятам?

Лицо Риана удивлённо вытягивается.

— Какие браслеты?

Не дожидаясь от меня ответа, он накрывает мой рот горячим поцелуем.

Как только мы оказываемся дома, Риан снова набрасывается с поцелуями.

— Погоди, — я обхватываю его лицо ладонями, останавливая. — Нам нужно поговорить.

Его зрачки расширены, дыхание тяжёлое, руки по-прежнему не отпускают меня.

— Говори, — мурлычет низко, утыкаясь носом в мою шею так, что меня пробирает до смешной щекотки.

— Риан!

— Да, любимая? — спрашивает совершенно невозмутимо.

От этого «любимая» у меня в животе поднимается целый рой бабочек.

Я усилием воли отгоняю розовый туман и аккуратно отталкиваю его. Он обиженно вздыхает.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, говорю:

— Ты знал, что тебя хотят приворожить?

Смоляные брови взлетают вверх.

Я начинаю быстро рассказывать всё, что узнала. По мере моего сумбурного повествования принц то хмурится, то моргает, глядя на меня так, будто пытается сопоставить несопоставимое.

И когда я подбираюсь к самому сложному — к тому, что Делия дочь его мачехи, — Риан вдруг спокойно говорит:

— Да, я знаю, что она её дочь.

Теперь уже я замираю.

— Как?.. Откуда? — сиплю, чувствуя, как в горле пересыхает.

— Недавно узнал, — он морщится. — Делия сама мне сказала.

Укол ревности пронзает меня так резко, что перехватывает дыхание.

Делия сама ему сказала.

Я делаю шаг назад, и Риан тут же протягивает руки в попытке удержать.

— Какие отношения вас связывают? — я скрещиваю руки на груди.

— Никакие.

— Раз так, то почему именно тебе она раскрыла свой страшный секрет?

Риан скривился так, будто лимон съел, а мне захотелось запустить в него чем-то тяжёлым.

— Скажем так… — он устало проводит ладонью по лицу. — Мы какое-то время общались.

— Общались? — мрачно переспрашиваю, прекрасно понимая, что означает слово «общались».

— Ари… — он тяжело выдыхает. — Давай закроем тему?

— Я тебе только что рассказала, что тебя собирается приворожить любовница, а ты… даже бровью не повёл! — потрясённо выплёвываю я.

— Потому что ты меня не удивила, — спокойно отвечает он, хмурясь. — Скорее, меня удивляет, что ты лезешь туда, куда не стоит. — Его золотистые глаза темнеют. — Вот это меня действительно удивляет и напрягает.

— Опасные дела? — глухо переспрашиваю. — Ты сейчас серьёзно?