Книга Оставленная у алтаря, страница 84 – Ивина Кашмир

Придя в мастерскую, начинаю уборку.

Правда, не успеваю взять тряпку с ведром, как прибегает запыхавшийся Люрдус.

Как и ожидалось, в покоях императора происшествие. И меня, как специалиста по непонятным вопросам, придворный маг тащит туда первой.

— Поживее, леди Ноланд, — цедит сквозь зубы Люрдус, когда мы шагаем по коридору восточного крыла. — Никто из обитателей дворца не должен знать, что случилось.

— А вы можете нормально объяснить, что случилось? — хмуро спрашиваю, едва поспевая за ним.

— Сами всё увидите.

От пола до потолка покои императора усыпаны визеулисом — жёлтыми, прелыми цветками,которые ещё попахивали так, что глаза слезились.

Лавиния посыпала покои семенами, ну а потом либо она, либо таинственная ведьма применила магию. Как итог, комната главного дракона завалена сорняком, вызывающим бессонницу.

Но поразило меня не это.

Около распахнутого витражного окна стояла она — мёртвая невеста.

Лицо скрыто под тонкой свадебной вуалью, сквозь которую виднелись чёрные провалы вместо глаз.

Она стояла неподвижно и смотрела в сторону императора.

Из-за распахнутых окон в покоях гулях ветер, но её платье в кровавых пятнах оставалось неподвижным.

Император и Люрдус о чём-то говорили, не замечая её присутствия.

У меня привычно зашевелились волосы на затылке.

Кажется, я знаю, кто она.

Та самая девушка, которую орки подарили отцу Риана.

И её убила Эвелина, присвоив себе её молодость и красоту.

Наверное, из-за ревности.

В доме появилась соперница — моложе, красивее. И Эвелина, охваченная ревностью, по-тихому прибила её.

Всё просто и логично.

Теперь она живёт дальше в своём уютном мирке, полном фрейлин, заглядывающих ей в рот, уверенная, что избавилась от соперницы.

Но она не избавилась.

Та девушка по-прежнему рядом с её мужем.

И от этой мысли, признаться, кровь стынет в жилах.

С уборкой цветков провозилась до вечера.

Вышла из императорских покоев потной и злой. Хотелось искупаться, сменить одежду и плотно поесть.

В прошлый раз, когда я вычищала от цветков подвалы, мне помогали два крепких лакея. В этот раз — никто. Любой лакей, находившейся в покоях императора больше трёх минут, засыпал.

В общем, возилась одна, истратив почти весь резерв. Сначала вычистила от цветков, потом натирала полы, ощущая себя поломойщицей. И всё это под немигающим взглядом мёртвой невесты.

Злодеи не поскупились на семена.

Но настроение моё сделалось паршивым вовсе не из-за многочасовой изнурительной работы, а из-за Риана.

В императорских покоях он появился спустя минут пять после того, как я пришла. Мазнул по мне равнодушным взглядом, будто я мебель, и направился к отцу с Люрдусом.

А я, глупо хлопая глазами, ещё долго стояла и буравила растерянным взглядом его широкую спину.

Нет, я знала, что наши «партнёрские отношения» мы держим втайне, но всё равно обидно.

Может, потому что около двадцати минут позволяла ему страстно себя целовать в той грязной подсобке?

Его поцелуи вскружили мне голову настолько, что я даже забыла рассказать ему о Лавинии...

Во всяком случае, видя, что Риан на людях ведёт себя так, будто меня не существует, я почувствовала себя легкодоступной девкой. И эти ощущения мне жутко не понравились.

Если Риан не планирует начинать со мной серьёзные отношения, а он не планирует, тогда зачем всё это?