Книга Оставленная у алтаря, страница 75 – Ивина Кашмир

— Проходите, — властно говорит Эвелина, замечая, что я замерла у порога, словно каменное изваяние.

Киваю и семеню к одному из пуфиков вдоль расписной стены.

— Леди Ноланд, о нашем деле мы поговорим вечером, — с нажимом произносит императрица, поймав мой взгляд.

— Хорошо, — бормочу, разглаживая на платье несуществующие складки.

Если мы будем обсуждать приворотное зелье вечером, тогда что я сейчас здесь делаю?

Императрица поворачивается к зеркалу, чуть склоняет голову, будто любуется собой, и медленно проходит вдоль комнаты, как кошка, знающая, что за ней смотрят.

— Курция, что ты думаешь об Изабеле Сорвас? — спрашивает Эвелина, остановившись возле пухлой дамы в зелёном платье, похожей на распустившийся куст.

— У неё нет манер, — поджимает губы та. — И не скажешь, что она племянница лорда Сорзленда.

— Ты права, — вздыхает императрица. — Моему Риану она не подходит. Плебейка, — морщит нос.

— Не только у неё нет манер, — встревает дама в фиолетовом, с лицом, напоминающим шарпея. — У леди Боленжер, к примеру, они тоже отсутствуют. Вы видели, что она вытворяла за завтраком? Ковырялась в зубах прямо за столом!

— Ужас, — протягивает Эвелина, беря с ночного столика жемчужные бусы и небрежно пропуская их сквозь пальцы. — Всё чаще убеждаюсь: молодёжь портится. То ли от излишеств, то ли от глупости.

Я покорно сложила руки на коленях, ощущая себя невольным зрителем странного спектакля.

Эвелина делает шаг, проходя мимо меня, и даже не удостаивает взглядом, будто я мебель, случайно оказавшаяся не на своём месте.

— Леди Ноланд, — произносит спустя паузу, всё тем же мягким тоном, от которого у меня по спине пробегает холодок. — А вы как считаете? Должна ли будущая жена моего сына быть... воспитанной?

Все взгляды устремляются на меня.

Что за глупый вопрос?

Риан — будущий император. Разумеется, его супруга должна быть воспитанной.

Эвелина хитра и коварна. Наверняка вопрос с подвохом. Проверяет лояльность, скорее всего.

— Воспитание, безусловно, важно, —сипло говорю, глядя ей в глаза, — но, как по мне, куда важнее, чтобы девушка нравилась родителям избранника.

Боги, что я несу?

Но, судя по тому, как удовлетворённо кивает Эвелина, мой ответ ей понравился.

— Я тоже так считаю, леди Ноланд. Вот взять, к примеру, вас. Вы ведь сразу же не понравились Тиолетте. Как итог, свадьба не состоялась.

Я давлюсь воздухом.

Кажется, меня посадили, как плюшевого мишку, не только ради проверки лояльности, но и для проверки прочности.

Послышался чей-то смешок.

Ну змеи...

— Вы правы, — притворно вздыхаю, понуро опуская голову. — Леди Рагнарс я сразу не понравилась. Хотя она долгое время делала вид, будто я ей нравлюсь, — беззастенчиво вру, смотря то на Эвелину, то на даму, похожую на куст. — Но с Эйваром мы расстались не из-за его маменьки.

— А из-за чего? — брякает дама в фиолетовом платье, нетерпеливо заёрзав на стуле.

— Я думала, все уже знают причину, — я часто-часто моргаю, делая вид, что готова расплакаться.

— Расскажите нам свою версию, леди Ноланд, — повелевает Эвелина, опускаясь на рядом стоящий диван.

— Даже не знаю, с чего начать, — притворно всхлипываю, судорожно размышляя, какую легенду скормить этим прожжённым сплетницам.

— Начните с самого начала, — произносит зелёный куст, нахмурив чёрные стрелки, служащие бровями.