Книга Оставленная у алтаря, страница 12 – Ивина Кашмир

— Прибыли, леди, — зычно произнёс возница.

Я выскользнула из экипажа, глубоко вдохнула свежий воздух и застыла, потрясённо уставившись на то, что должно было стать моим новым домом.

Домом это назвать было трудно. Передо мной высилась бесформенная тёмная громада, полностью поглощённая дикой зеленью. Стены, если они там ещё были, скрывались за плотным ковром лиан и густых растений. Казалось, что само здание давно исчезло, растворилось, и теперь передо мной стояла лишь живая стена из ветвей и листьев.

Я сглотнула, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

Это не дом. Это… что-то живое, дышащее.

Слов не хватало, чтобы описать весь тот кошмар, который открылся перед моими глазами.

Особняк «Розовые Кущи» давно заброшен. Отец вскользь упоминал, что его дед по папиной линии провёл какой-то ритуал, и дом стал непригодным для жизни.

Непригодный для жизни… Это ведь мягко сказано! Это глыба из веток и лиан — похожа на спящего монстра, который запросто утащит тебя в бездну.

Знали ли об этом Роберт и Марлена, отправляя меня сюда? О да, разумеется.

Ненавижу…

— Вот ваши чемоданы, — скрипучий голос возницы вывел из ступора.

Я обвела взглядом два коричневых чемодана, набитых одеждой и книгами, и почувствовала, как меня вновь оплетает глухая тоска.

— Спасибо, — тихо говорю, доставая из сумочки несколько монет и передавая их вознице.

Когда экипаж уезжает,я ещё долго смотрю ему вслед, не веря в происходящее.

«Дыши, Аривия, дыши. Всё будет хорошо» — говорю себе, пытаясь унять дрожь в конечностях.

Прикрываю на мгновение глаза, а когда открываю, вижу, как в мою сторону приближается экипаж с золотыми вензелями.

Удивлённо озираюсь.

В этой части поселения больше нет домов. Особняк находится на окраине окраины, так что…

— Леди Аривия! — из экипажа выбегает женщина в чёрном, которую я видела на похоронах. — Прошу прощения за столь странный визит… — она подхватывает подол узкого платья и спешит ко мне. — Не волнуйтесь, я просто… — запинается, оказавшись в метре от меня, — просто… хочу передать вам последнее письмо, которое писал ваш отец.

— Письмо? — переспросила я, пытаясь понять, кто эта женщина и чего ей нужно.

Она медленно подняла руки, откинула вуаль, и в тот же миг мои внутренности сжались в тугой узел.

Её лицо было изуродовано глубокими шрамами. Один особенно широкий шрам тянулся от виска до угла губ, искривляя её выражение так, что оно выглядело одновременно искажённым и пугающим. На миг мне показалось, что я смотрю не на человека, а на живую маску, застывшую в безмолвном крике.

— Последние несколько месяцев ваш отец работал над важными проектами, — торопливо заговорила она, едва шевеля губами, будто каждое слово давалось ей с болью. — Эти проекты были важны не только для него, но и для империи.

Она резко вдохнула, взгляд метнулся по сторонам, словно боялась, что её может кто-то услышать.

— Но были те, кто считал эти эксперименты опасными. Очень опасными. И, возможно… — она замялась, выдохнула прерывисто, — возможно, среди тех, кто был против, скрывается убийца вашего отца.

Ледяной холодок прокатился по телу.

— Кто вы? — едва слышно выдавливаю.

Женщина медленно подняла взгляд. Её ресницы дрожали, а в уголках глаз блеснула влага.

— Это не имеет значения, леди Аривия, — произнесла шёпотом. — Важно только одно: я… любила вашего отца.