Книга Дикое сердце джунглей, страница 19 – Майя Вьюкай

— Кажется, ты меня плохо слушал…

— Я слушал тебя очень внимательно.

— Что-то незаметно.

Взгляд повелителя потемнел.

— За незаконное проникновение на южные земли тебя должны незамедлительно казнить, не говоря уже о вторжении на мою собственность с неясными намерениями, — припечатал он таким грозным тоном, что я должна была в тот же миг испугаться, но во сне глупочего-то бояться, поэтому я лишь закатила глаза с протяжным вздохом.

— Ну зашибись просто! — выдала недовольное ему в ответ. — Пусть становятся в очередь желающих меня убить, но птица наверняка всех опередит, так что пускай даже не тратят свое драгоценное время.

— Райгал?

— Рай… что?

— Птица, о которой ты все твердишь, — любезно пояснил повелитель. — Это райгал?

Да кто ж его знает?

— Если райгалом называют летающего доисторического динозавра вот с такенным клювом и громадными крыльями в придачу, то, да, возможно.

Мужчина небрежно махнул рукой, мол, ерунда.

— Райгалы не едят такую мелкую дичь, как ты, — сообщил он. — Они предпочитают крупную добычу.

— Правда, что ли? — вырвалось у меня до ужаса саркастическое.

Капитана самолета они слопали в мгновение ока. И их ничуть не смутило, что он был тощий, как смерть, и уже поглоданный червями. Видать, птички не из брезгливых нам попались.

— Мелкую живность райгалы приносят исключительно своим подрощенным птенцам, — просветил меня повелитель с отчетливой издевкой в ответ на мой неуважительный сарказм. — Вот те рады будут тобой полакомиться.

Я скривилась.

— И этот факт должен был меня успокоить?!

— Вроде того.

— Так вот — не успокоил!

— Что ж, очень жаль.

— Если я не проснусь, то меня в любом случае укокошат. А уж кто это сделает — мамаша-птица или ее подросшие детишки-людоеды, не имеет существенного значения.

Мужчина понимающе кивнул. Лицо его слегка разгладилось, отчего сделалось немного (самую капельку) добрее, несмотря на властный вид и хищные зрачки, как у плотоядного аллигатора, глядящего на меня из засады.

— Ты правда думаешь, что спишь? — спросил он уже более мягко.

Я без сомнений подтвердила:

— Я в этом уверена.

— Почему? — попросил разъяснить.

— Просто знаю, что сплю, и все тут. Это чувство ни с чем нельзя перепутать.

Повелитель задумался.

— И как часто тебе снятся незнакомые мужчины иных рас?

Иных рас? Что?

— Я редко запоминаю сны, так что не могу сказать точно.

Незнакомец чуть подался вперед.

— Но если ты спишь, — вопросил он у меня вкрадчивым шепотом, — а я — нет, то как мы сейчас разговариваем?

Я даже слегка растерялась от такой постановки вопроса.

— Ты просто в моей голове, — разъяснила я ему на пальцах. — Плод воображенияи не более того. Понимаешь? — Зачем я вообще ему все это объясняю? — Я даже не вспомню о тебе, когда проснусь.

Таинственная улыбка озарила мужское лицо.

— Это вряд ли, — сказал он.

— Почему?

— Обо мне так просто не забывают.

Плавным движением, полным легкости и грации, повелитель поднялся на ноги, распрямил спину и посмотрел на меня уже сверху вниз. Значительно так сверху! Прям вот ОЧЕНЬ значительно! Я даже и не ожидала, что он окажется настолько высок… и мускулист… и так необычно одет, словно испанский аристократ семнадцатого века. За его спиной расправился темно-бордовый плащ, украшенный такими же драгоценными камнями, как в массивных кольцах на пальцах. Под плащом показался кожаный жилет и рубашка, а на ногах — темные приталенные штаны и высокие, чуть ли не до самых колен сапоги, тоже кожаные и с блестящими камнями на пряжках.