Онлайн книга «Другая история Золушки. Темная в академии Светлых»
|
Я честно старалась «поговорить» с камнями и тряпочками, но пока я ощущала лишь, что камни твердые, а тряпочки мягкие. За одной из первых парт раздался вопль. Элмер, чертыхнувшись, отскочил, уронив расколовшийся в его руке янтарь. И рядом с Элмером тут же материализовался магистр Викс. – Интересно, интересно… Янтарь реагирует на страх… на сильное волнение… – Да, вы правы, – зло согласился Элмер. – Сегодня Лир вывела меня из себя. И напугала! Всех нас! Ну здравствуйте! Давно не звучало мое имя! После занятия я решила не идти в столовую, а направилась прямиком в центральный корпус, к ректору Янгвину. Что, если мой дар действительно может причинить вред? Глава 24 Ректор Янгвин, услышав, как открывается дверь, бросил на меня мимолетный взгляд и молча указал на стул. Он занимался документами и не стал прерываться для разговора со мной. Я уселась на краешек стула и от нечего делать принялась разглядывать обстановку ректорского кабинета. Тяжеловесная старомодная мебель сохранилась с незапамятных времен. Может, даже с момента основания Академии. Сколько ректоров руководили Люминаром, расположившись в основательном кресле с широкими подлокотниками и резной спинкой? Были ли среди них маги хаоса? Я не очень хорошо знала историю Академии, но ведь когда-то все комнаты общежития на темной половине были заняты, в разрушенных корпусах кипела жизнь. Я тихонько вздохнула. – Вижу, вы раскаиваетесь, – сухо сказал ректор, откладывая наконец перо и пронзая меня взглядом. – В чем? – опешила я. – Мне доложили, что на практикуме по элементалистике студентка Лир устроила безобразную сцену. Напала на студентку Фери. Остальные первокурсники тоже пострадали. Я задохнулась от несправедливости. – Все было не так! – воскликнула я. – Не так? – прищурился Янгвин. – Вы не опрокидывали корзину с пеплом на голову студента Асториана? – Да, но… – Не кричали «Испепелю» и «Уничтожу»? И не перемещали предметы, пугая своих однокурсников? – Да, но… В горле пересохло. Что бы я ни сказала, по-любому выходило, что именно я хулиганка и дебоширка. Лучше вовсе молчать. Ректор сокрушенно покачал головой. Взял со стола измятый клочок бумаги и пробежал глазами по строчкам. Я узнала записку, написанную тренером. – Магистр Кроу убеждал меня, что вы не доставите неприятностей, студентка Лир. Я прислушался к его мнению и впервые за пять лет допустил в Люминар пепельного мага. Не пожалею ли я о своем решении? – Нет, – сдавленно ответила я. – Я даю слово, что больше вы не услышите обо мне ничего дурного. Я чувствовала себя загнанной в угол. Как мне защищаться от нападок, если тридцать с лишним человек с готовностью укажут на меня как на главную зачинщицу? Все только вздохнут с облегчением, если я сдамся и покину стены Люминара. Потом будут говорить со смехом: «А помните эту ненормальную с пауками и воронами?» И, конечно, после моего провала ректор Янгвин больше не захочет связываться с магами хаоса. Никого больше не примут на учебу, это же ясно как божий день. Поэтомуя должна держаться. Держаться ради всех пепельных магов. Ректор внимательно рассматривал меня, молчал, обдумывал решение. Кивнул. – Хорошо. Вы получите еще один шанс, но он будет последний. И то лишь потому, что ваш дар потенциально полезный и почти не опасный. Магистр Калестор подтверждает предположение магистра Кроу. |