Книга Борьба с предрассудками, страница 49 – Вилли Энн Грей

— Женщины — странные создания, — ответил Даррен.

Я только усмехнулся на это.

Допрос Алексея проходил очень неожиданно. Кон Элло был через чур эмоциональным и в некоторых моментах даже предвзятым. Это было, как минимум, странно. Я не ожидал от него такого. Возможно, мне даже было бы жаль Чернышенко, но я был слишком зол на парня, чтобы поддаться состраданию. Меня не покидало чувство, что Даррена с Анабель что-то связывает. Но это предположение было до такой степени абсурдным, что я его отмёл. И в итоге пришёл к мысли, что он переживает за лучшего друга, а соответственно и его воспитанницу, и поэтому не может сдерживать свой гнев.

Младший принц не просто так занимал должность министра обороны в прошлом. Он искусно владел методом ведения допроса, что в армии не менее полезно, чем в полиции. У нас в академии был этот предмет, который начинался на третьем курсе для боевиков и следователей, но преподавал его полицейский в отставке, старый лис, профессор Маккой. Я бывал на его занятиях не раз, но такого мастерства в этой «науке» не замечал. Хотя, конечно, у кон Элло преимущество. Кто в здравом уме будет врать или отказывать принцу в помощи? Ведь за ошибку можно лишиться не только титула, но и жизни.

С помощью ментальной магии Даррен смог убедиться в том, что студент не задумывал убийство.

— Убийство? — мелькнула у меня мысль. Даже не приходило в голову, зачем ему убивать обычную девчонку. А потом я вновь увидел хмурого герцога и понял: она не такая уж и обычная девчонка. У Кандинского наверняка полно врагов и недоброжелателей. И Анабель — прекрасный вариант, чтобы добраться до него, отомстить или шантажировать.

— А как насчёт похищения? — высказал я пришедшую в голову мысль. Кажется, оба вельможислегка побледнели. Им подобное в голову не приходило.

— Похищения? — переспросил Кандинский.

— Конечно, это же прекрасный способ требовать выкуп, если кому-то известно про вашу связь с де Элло. Настойка мака — прекрасное средство, чтобы обездвижить или дезориентировать жертву. Или я ошибаюсь, и вы не стали бы платить выкуп за свою воспитанницу, герцог?

— Не ошибаетесь. Она мне очень дорога, — не заставил себя ждать мужчина. — Думаю, вы понимаете, что не стоит лишний раз распространяться об этом.

— Кто продал тебе настойку? — резко спросил Даррен студента.

— Я… я не знаю… — пролепетал Алексей. — Он был в маске и, кажется, на нём было заклинание смены личности.

— Ты идиот⁈ — сорвался кон Элло. — Тебя совсем не смутило, что ты покупаешь запрещённое, опасное зелье у человека, которого не знаешь, да ещё и с таким прикрытием⁈ Ты хоть проверял настойку? А вдруг она неправильно сварена? Вдруг слишком сильная или, того хуже, в ней содержится яд⁈ Это вообще могла быть не настойка мака, а что-то более серьёзное!

— Нет… Не проверял… Я… Я не думал… Она же просто студентка… Обычная… — дрожа, проговорил Алексей. Во время последней фразы он поднял виноватый, растерянный взгляд на герцога. — Я же не знал, кто она. Думал, сиротка без положения и связей. Кому надо было бы такую травить?

— Парень, радуйся, что всё закончилось хорошо. Потому что, если бы было иначе, если бы Анабель сильно пострадала или, не дай Великий Демон, погибла, виноватым остался бы ты. За такое тебя ждала бы смертная казнь. И тебя не спасли бы ни отец, ни его деньги. Возможно, кто-то очень удачно воспользовался твоей глупостью, желая сделать тебя козлом отпущения, — как ребёнку объяснил Кандинский.