Книга Соблазнение в академии, страница 45 – Ти Шарэль

Второй камень кто-то из предков закрепил над городской площадью. Никто не знал, что это за город и чем он оказался значим настолько, чтобы потратить один из камней. Однако я любила смотреть именно на эту картинку. На площади было всегда оживленно — здесь устраивали праздники и собрания, ярмарки и рынки.

"Если бы только можно было отдать артефакт…"

Но это невозможно. Работало зеркало только в руках Уваровых.

Через полчаса я буквально ворвалась в кабинет графа Черняхова, заставив дружинников бежать за мной через весь дворец.

— Михаил Юрьевич, простите за вторжение, — проговорила, пытаясь восстановить дыхание. — Но не обязательно выдавать меня замуж за вашего артефактора. Мы просто можем работать вместе!

— Василиса Саввовна, — недовольно скривился граф, откладывая доску. — Вы себе представляете, сколько времени уходит на работу? В хорошие дни Вольский ночует в мастерской! Седьмицами!

— Я возьму отпуск в академии.

— После свадебного обряда зеркало сочтёт графа членом рода. И, хотя я не особенно люблю мальчишку, в его руках вещи оживают. Если с зеркалом будете работать вы, на создание порталов уйдет намного больше, чем пара месяцев.

— Вы дали мне отсрочку до зимы, — напомнила я, все еще тяжело дыша. — Я могу хотя бы попробовать!

— Я подумаю, — после недолгого молчания решил граф. — И поговорю с Вольским. Хотя сомневаюсь, что он согласится отказаться от свадьбы. Кажется, он заинтересован не только в порталах, нои лично в вас.

Зал заседаний Думы находился не в государевом дворце, а в получасе езды, в большом круглом здании, напоминавшем арену древнего театра. По воле одного из первых государей места для советников, располагающиеся в три яруса вокруг пустой круглой площадки, были выполнены из граба, известного своей твёрдостью.

Я как-то случайно услышала ворчание старого князя Пермского, что такая пытка придумана для того, чтобы советники не затягивали с решениями. И действительно — мало какое собрание Думы длилось дольше трёх часов.

Сегодняшнее не было исключением и уже подходило к концу. Я сидела на самом верхнем ярусе, хотя место главы одного из богатейших родов было на первом. Но я радовалась и этому. Слушала с интересом, сразу представляя, как те или иные указы скажутся на жизни моего княжества. Ни разу не высказалась, но голос отдавала, опираясь исключительно на собственные размышления.

Хотя я присутствовала на собраниях уже четвертый год, на меня все равно поглядывали. Кто-то с любопытством, кто-то недовольно, с кто-то задумчиво. Надежда вновь собрала мои волосы в простую высокую причёску без украшений, и платье я выбрала самое строгое — шерстяное, плотное, с высоким воротником, скрывающим шею, и длинными рукавами, под которыми не было видно даже пальцев. Но тем не менее некоторые взгляды словно оставляли на мне неприятные масляные пятна.

Но мне все равно будет этого не хватать. Этой свободы, своеобразного признания, собственной значимости. После свадьбы я останусь главой рода только формально, и на собраниях вместо меня будет сидеть Теодор.

Или, если чёрная полоса все-таки наступит, муж, которого мне подберет государь. Хотя может быть и хуже — мне придётся уехать в союзное государство, и тогда государь назначит собственного представителя от Уваровского княжества. Формально его выберет глава рода, а по факту я уже ничего не буду решать.