Онлайн книга «Служанка ректора Академии военных драконов»
|
Изнутри поднималась волна огня, рассыпая в разные стороны снопызолотистых искр. – Теперь, майор Уинфорд, я могу идти? И сукин сын, в своем репертуаре выдержав долгую паузу, в течение которой пялился на мое лицо, шею и оголившуюся грудь своими глазами-ледышками, нехотя вымолвил. – Вольно, кадетка Кук. Меня с плаца моментально как ветром сдуло. Почти сдуло, потому что за спиной раздался его голос. – Кадетка Кук! Остановившись, я мысленно досчитала до десяти, подавляя в себе желание наброситься на Лейтона и сотворить убийство с особой жестокостью, и обернулась. Но я понимала, что это был один из его излюбленных приемов психологического давления – дать человеку понять, что разговор окончен, чтобы он испытал от этого облегчение, после чего снова зацепить его и вернуть. – Да, майор Уинфорд? – Уверен, что на смотре клубов ты не ударишь в грязь лицом и порадуешь меня какой-нибудь милой самодеятельностью. Не так ли? – Майор Уинфорд, может быть… Вы все-таки позволите мне закрыть этот клуб? Мы оба знаем, что так будет лучше. – Разумеется, ответ отрицательный, Тесса Кук. С нетерпением жду, что же ты для меня подготовила. Крошечная надежда, что сукин сын изменит свое первоначальное решение насчет дурацкого ОЛУХА, сдохла в зародыше. Я уходила с уже ставшим привычным ощущением – словно отпахала двенадцать часов физподготовки без единого перерыва. Про стянутый рукой у горла ворот комбинезона вообще молчу – с порванным воротом все было уже по классике, по излюбленному фетишу сукиного сына. И да – пуговицу, которую он оторвал легким движением руки, Лейтон мне так и не вернул. ГЛАВА 61 Генеральская комиссия нагрянула в Академию Военных Драконов через три дня, рано утром. Наземный марш кадетов под командованием офицера Эльчина во дворе чести начался ровно в девять. Небесный – в девять пятнадцать, и командовал им лично ректор, разумеется. Ночью температура опустилась до минуса, и утро выдалось уже по-настоящему зимним, морозным. Раньше бы я с ума сходила от беспокойства, понимая, что мои калоши с отклеивающейся подошвой наступления настоящих холодов не перенесут. Но завскладом, комендант Милберн, почему-то не принял казенные ботинки и военный комбинезон, когда я принесла их ему сдавать после того самого построения. – Себе пока оставь, Кук, – буркнул старичок. – Потом как-нибудь сдашь. Тебе там еще пуговицу пришить надо… Иди-иди давай, не отвлекай меня! Это было странно, Милберн был знаменит тем, что буквально трясся над имуществом Академии, ему не только гильзы от расстрелянных на стрельбище пулек надо было сдавать, не говоря уже о самих пульках, но и жестяные коробочки от них, причем обязательно с надорванной печатью. А тут аж целые уставные ботинки и комбинезон разрешил мне оставить! Чудеса в решете. От комбинезона проку было не так уж и много – все-таки это не куртка и не шинель, и поверх привычной серой формы его не накинешь. А вот ботинки… Эти грубые ботинки из кордуры, которые богатенькие кадеты просто ненавидели, спеша их поскорее сдать… Теперь я только в них и ходила. И плевать, что они совсем не подходили к форме, зато были теплыми и прочными. Красота! Зрелище, развернувшееся во Дворе Чести было поистине красивым и величественным – реяли знамена, трубил военный оркестр в белых перчатках, и кадеты в одинаковой по пошиву, но разной по цвету форме, двигаясь совершенно синхронно в такт маршу, выполняли строевые упражнения. |