Книга Никакой Золушки не будет! или Принц Крови в подарок, страница 150 – Мария Вельская

Я дернулась. Микки тут же занял стратегическую позицию перед дверным проемом. Игги скакнула ко мне – но к алтарю не подошла. А змей, свивая кольца, величественно развернулся и одним броском оказался рядом.

Я завороженно наблюдала за тем, как мерцают чешуйки в свете огней. Меня смерили задумчивым холодным взглядом. А потом… в груди как будто взорвался фейерверк. Я впервые ощутила его чувства. Все полностью. Целиком.

Не хочу  об этом говорить – потому что словами не передать чужих эмоций. Нет, не чужих! Эмоций того, кто стал для меня в этот момент дороже всего мира. Просто так. Без слюнявых признаний и слез, без особых страстей.

Огромная змеиная голова осторожно прислонилась к моим коленям, а  я почесала надбровные чешуйки, улыбнувшись. Внутри что-то обмякло. Кажется, по щекам потекли слезы – это глупости, честное зимнее. И в этот самый момент, когда змей – ладно уж, не пытайся скрыться, я знаю, что ты в полном разуме, Ллиошэс Норитэли, тонко засвистел,  — в проеме двери показалась огромная фигура, согнувшаяся в три погибели.

Фигура показалась мне смутнознакомой…

Он обвела нас задумчивым взглядом, не выходя на свет, озадаченно крякнула и пробормотала:

— Похоже, спасать уже некого… и бить тоже… хотя, эй, змеюка! Дай мне хоть пнуть этого мерзавца парочку раз за все беспокойство! – Пробасил громко магистр Роум.

И вот это было уже его ошибкой…

Большой стратегической ошибкой. Потому что если хочешь остаться в живых при встрече со змеей – не шуми. Змея ещё и эльф крови? Бывает. Тем более шуметь не стоит – опасно для жизни.

Покусать за пятки? Нет, это слишком ласково. Судя по распахнувшейся пасти – змеиный желудок был велик и был вполне готов переварить одного незадачливого магистра. А потом змея превратится в удавчика и будет пару месяцев переваривать…

Куда-то не туда завели меня мои мысли. Но сил ещё хватило на то, чтобы неловко соскользнуть с древней загудевшей каменюки и шагнуть, пошатнувшись, вперед. Пол холодный. И трясет.

Трясёт все полупустое помещение, на голову сыплется пыль, корешки, какие-то мелкие камушки. Нас здесь не завалит? Очень хочу спросить – и успеваю сделать ещё пару шагов, как силы окончательно меня оставляют. Но в тот момент, когда пытаюсь упасть, меня подхватывают горячие сильные руки и прижимают крепко к себе.

Под щекой – золотистая кожа. Бархатная. Хочется потыкать в неё пальцем, чтобы убедиться – настоящая. И он настоящий. Затылок щекочет дыхание.

— Пожалуйста, — мой голос все ещё звучит глухо, — не трогай ма-магистра… наверняка он специально расставил ловушку  на живца, и…

Алтер Роум, вжатый в стену неведомой силой, выглядит скорее заинтересованным, чем испуганным.

— Дайана-а, — ласково тянет знакомый голос с глубокими бархатными нотками. Меня прижимают к одоспешенному телу так, как будто боятся, что я сейчас рассыплюсь, — пожалуйста, будь добра, больше никогда не устраивай мне таких потрясений. Иначе отныне ты везде будешь ходить со мной. Или я дождусь, когда ты станешь маленькой чешуйчатой змейкой – и буду носить тебя в виде  дорогого мне браслетика. Я буду очень заботливым женихом. Очень.

Женихом?! Вот так сразу? Сердце почему-то подпрыгивает. Горло сжимает.

Я поднимаю лицо. Заплаканное, наверняка все серо-зеленое от усталости и потрясений. Красавица.