Книга Госпожа Безымянной усадьбы, страница 6 – Полина Атлант

Наконец, после обеда явился плотник. В этот момент я доила козу, и его удивление от того, что знатная дама этим занимается, было очевидно.

— Госпожа, я прибыл по поручению своего господина.

— Знаю! — Я пошла показывать мастеру, в чем беда. — У меня проблема со всеми окнами. Летом стоит жара невыносимая, зимой выдувает все тепло, топить не успеваю.

— Все окна продувают? — спросил он, ставя на пол ящик с инструментами.

— Да.

— Тогда начну с кухни, — ответил работник.

— Лучше с моей комнаты, а то у меня тут дела, — указала я ему на короткую лестницу наверх.

Плотник кивнул и пошел заниматься своим делом. Я отправила с ним свою служанку, Иду, чтобы приглядела и помогла.

Вдруг кто-то негромко постучал в дверь. Я открыла окошко и увидела мальчишку, одного из внуков ярла Асвальда.

— Кальве! Чего тебе в такой холод дома не сидится? — распахнула я дверь.

— Дома скучно! Никто в шахматы не играет, — уныло ответил он.

Я погладила его по голове.

— У меня сегодня много дел, но одну партию мы сможем сыграть.

Он обрадовался и занял свое место у очага на маленькой табуретке. Я угостила его козьим молоком и куском пирога с тыквенным вареньем. Знала, что ради варенья этот десятилетний сорванец и бегает ко мне. Он всегда съедает серединку, оставляя тесто.

Я менялась только тыквенным или яблочным вареньем на другие продукты, а ценное, из шиповника, использовала для выпечки. Никто, кроме меня, из местных женщин в этом поселении не знал секрета такого варенья. Да и я никогда не согласилась бы ни на какую сделку. Это варенье — мое личное средство выживания. Уже не раз сноха младшего сына ярла пыталась выкупить этот рецепт. Кальве, кстати, ее сын. Я догадывалась, что она отправляет его ко мне специально, шпионить.

[1]Фрикадельки.

Плотник быстро справился с починкой окна в моих покоях. Мы с моим партнером по шахматам как раз закончили партию.

— Кальве, а ты что тут делаешь? — удивился мастер.

Я встала, чтобы проводить плотника.

— Он приходит ко мне в шахматы играть.

— А дома-то знают? Искать не будут? — Мастер широко улыбнулся.

— Не будут. — Мальчишка помотал головой.

Но я догадывалась, что он без спроса бегает сюда.

— Возьмешь его с собой, проводишь до дома? — попросила я плотника.

Тот надел тулуп и взял свой ящик с инструментами.

— Конечно, пусть одевается!

Я посмотрела на Кальве, но тот явно не хотел уходить. Он смотрел на меня с надеждой, что я разрешу еще ненадолго остаться.

— Кальве, давай долмой, твоя мама уже переживает, — подошла я к мальчику и погладила его по волосам.

— Давай одевайся, живее! — крикнул ему плотник и вышел на улицу.

Я поднесла Кальве тулуп и сунула ему в руки.

— Извини, но у меня много дел. Нужно напечь пироги твоему дяде Эйвинду.

Мальчик вскочил и накинул тулуп.

— У меня нет мамы! — крикнул он с досадой и выбежал из дома, хлопнув дверью.

Я проводила их взглядом, подождала, когда они уедут на санях, и затворила двери. Вернувшись на кухню, я увидела, что Марна уже почистила лук и сидела у очага бездельничала.

— Еле выпроводила! — тяжело вздохнула я, присев у очага немного погреться.

— Бедный мальчик, мне так жаль его. — Марна присела и начала убирать в мешок луковую шелуху, которую мы никогда не выкидывали.

— С чего это? — удивилась я. — Ведь мальчик живет хорошо, в тепле и достатке.