Книга Рыцарь Его Величества, страница 18 – Элис Карма

Однако стоит ему встать и сделать первые шаги, как в лазарете вновь появляется Дедрик. Он бесконечно счастлив новостям о восстановлении друга. Берн не понимает, как тот может хвалить его или поздравлять с таким.

— Ещё немного, и ты снова сможешь вернуться к прежней жизни! — с улыбкой говорит король.

— Вернуться к прежней жизни? Ты вообще слышишь себя? — с горечью отвечает Берн, опускаясь на свою постель. — Все, кто был мне дорог, погибли. И для меня не осталось ни единой причины топтать эту землю. Всё, чего я хочу, это вернуться в Церигард и отдать свою жизнь, защищая крепость от новых набегов. Это то, что должно было случиться со мной ранее.

— Не говори так, — произносит с горящим взором государь. — Умереть ты всегда успеешь. Но раз ты выжил один из немногих, значит, так было угодно богам. Не просто так они сохранили тебе жизнь. И твоё место не там, а здесь рядом со мной. Будь моим десницей, Берн! Вместе мы сможем привести Кроненгард к величию!

Речи Дедрика, как всегда, горячи и вдохновенны. Но для Берна теперь, что гимн, что похоронный марш — всё одно. И никакиеслова не способны тронуть его сердце. Он отвечает государю долгим молчаливым взглядом, едва снеся который, Дедрик даёт ему время на раздумья. Бернхард сомневается, что что-то сможет измениться за это время. Он не верит, что что-то вообще может измениться в его жизни, что он вновь обретёт надежду и веру в жизнь. Всё, что он может — с содроганием перебирать счастливые моменты прошлого и пытаться смириться с жестокой мыслью, что они уже никогда больше не повторятся.

— Что ты опять здесь делаешь? — Берн почти не скрывает своего раздражения, когда вновь видит Дедрика в лазарете. — Если во всём Кроненгарде не нашлось для короля серьёзнее проблемы, чем один недобитый граф, то обрати внимание хотя бы на свою жену. Думается мне, я её вижу чаще из своего окна, чем ты в живую.

Государю подобные речи не по душе. Он хмурится, как Берн думает, из-за ревности и стремится сменить тему беседы. Разговор вновь заходит о посте десницы, но Медведь лишь отмахивается. Ему безразличны государственные дела, как и всё остальное, что его окружает. Он думает, что это, по меньшей мере, нечестно по отношению к королю и его подданным.

— Я уверен, что найдутся и более достойные мужи на это место, — отвечает он отворачиваясь.

Дедрика его слова огорчают, хотя вида он старается не подавать вида. Ещё немного они пребывают в напряжённой тишине, после государь прощается и уходит. Берн вновь остаётся наедине со своей безысходностью. Он не может вспоминать Бернтрас и Одетту, ведь это приносит ему нестерпимую боль. Но и не вспоминать не может, ведь это единственное важное и настоящее, что было в его жизни. Тридцать шесть зим он прожил на этом свете, но все его радости и горести до сих пор были связаны лишь с семьёй и родным графством.

Чтобы хоть немного отвлечься и перестать изводиться от чувства вины, Берн идёт в сад. Прежде он воздерживался от прогулок, потому что знал, что Её Величество часто бывает там. Берну не хотелось стеснять её, он ведь и так принёс множество неудобств королевской чете. Но в этот день с самого утра льёт дождь. Серое небо с тяжёлыми тучами напоминает Медведю тот день, когда он потерял всё, что было ему дорого. С тяжёлым вздохом он делает шаг на усыпанную мелким камнем дорожку. Порыв ветра срывает капли с ветвей деревьев и бросает их в Берна. От них ворот рубахи промокает насквозь. Холодная дрожь пробегает по спине. Он сильнее кутается в плащ и делает ещё несколько шагов вперёд.