Книга Академия Теней, страница 48 – Елена Звездная

– Это все? – спросила я, стараясь звучать обыденно.

– Нет, моя девочка, – папа прикрыл глаза, и я увидела, как дрогнули его ресницы. – К сожалению, нет. Когда Гриэр начал давить на меня с этим брачным союзом, я еще не до конца понимал, в чем там суть. Но я помнил слова твоей матушки… Она, пусть сладко спит на радуге, всегда говорила: «У нашей Сейди выбора нет». Я тогда не понимал, думал – материнские тревоги. Ну да не будем об этом. Сейчас важно другое.

Он помедлил, словно собираясь с духом, и я кожей почувствовала приближение новой беды.

– Ты должна знать вот что. В этой академии есть некто Штормхейд…

При упоминании этого имени я непроизвольно вздрогнула. Пальцы, сжимающиепереговорное зеркальце, побелели.

– И этот Штормхейд сегодня, примерно в полдень, – продолжал отец, не замечая моей реакции, – как раз после того, как Ивор оказался в изоляторе… он провалился. Рухнул в потусторонний мир, в самую глубину Бездны. И там… он тоже использовал тебя как якорь, Сейди.

Я задохнулась. Воздуха в углу комнаты внезапно стало катастрофически мало.

– Этого я и боялся больше всего, – папа покачал головой, и в его голосе, обычно таком уверенном, прорезалось неприкрытое отчаяние. – Я все успокаивал себя тем, что Ивор – сильнейший выпускник, и никто из адептов не посмеет даже посмотреть в твою сторону, побоявшись его гнева. А магистры… Все магистры имеют любимых жен, которые служат им стабилизаторами. Это закон, Сейди, это основа их выживания. Магистр без пары на таких глубинах Сумрака – это смертник. И никто не ожидал, что у магистра, уже потерявшего невесту, внезапно получится использовать… тебя.

Я закрыла глаза, и перед мысленным взором тут же всплыло лицо Рейвена в тот момент, когда он прижал меня к стене. Его хриплое «Ты не целованная…». Что-то, как ни посмотри я для него сплошная прибыль, чистейшая, вот повезло же человеку…

А я?

Чуть не разрыдалась от чувства острой жалости к самой себе.

Хотя, может, стоило бы гордиться: Я – инструмент для выживания двух самых опасных мужчин в этой стране.

С трудом подавила судорожное рыдание.

– Папа, – прошептала я, чувствуя, как по щеке все же ползет одинокая слеза. – Если Штормхейд использовал меня… что теперь будет с Ивором?

– Я не знаю, доченька, – честно ответил отец. – Но боюсь, что теперь они связаны через тебя не только магией, но и кровной враждой. Теневые маги не делят свой «свет» ни с кем. Никогда.

И я молча отключила связь.

В этот момент в спальню вошла Дана, огляделась в поисках меня, обнаружила свою леди в самом печальном состоянии, и спросила:

– Вам нужна помощь?

Отрицательно покачала головой.

– Вы в порядке? – Дана выглядела все более обеспокоенно.

Кивнула, подтверждая.

– И… у вас все хорошо?

Кивнула снова.

– А вы уверены?

– Абсолютно, – хрипло ответила ей. – Мне просто нужно немного… побыть одной.

В спальню, сдвинув с прохода Дану, заглянул Гриф.

Тоже не сразу меня нашел, а как нашел, несмотря на протесты девушек, вошел, приблизилсяко мне и без слов сел на пол в двух шагах от меня.

– Удобно? – спросила безжизненным голосом.

– Вполне. Но я не нашел ваши туфли.

– Монстры утащили… след берут, – пробормотала я, и мой собственный голос показался мне чужим, словно треснувшее стекло.

Гриф нахмурился и настороженно спросил:

– Мне позвать лекаря?