Книга Академия Теней, страница 40 – Елена Звездная

Его тяжелый взгляд, в котором сейчас бушевало черное пламя, пригвоздил меня к месту. Штормхейд стоял слишком близко – я кожей чувствовала жар, исходящий от его тела. Тонкая ткань белой рубашки, опасно натянутая на широких плечах, едва сдерживала ярость, пульсирующую в каждом мускуле. Рейвен дышал тяжело, рвано, и его белая рубашка, расстегнутая у горла, открывала вид на напряженные ключицы и пульсирующую жилку на шее.

– Ты… – его голос сорвался на рык, низкий и вибрирующий где-то в районе моей диафрагмы. – Ты хоть понимаешь, что ты несешь, маленькая дрянь?

Я обалдела!

– Что? – переспросила неожиданно дрогнувшим голосом. – Да за что вы меня оскорбляете?!

Я от негодования чуть руки распускать не начала.

– Значит я дрянь, да? То есть это я дрянь?! А может вы назовете так человека, который сначала притворялся внимательным, заботливым и понимающим, вывел на эмоции, слушал как я рыдаю от безнадежности и страха, а после безжалостно бросил меня на растерзание своему лучшему ученику?!

Он молча шагнул назад, отпуская меня.

Затем резко засунул руки в карманы, словно оказался не в силах контролировать их и сдавленно произнес:

– Значит, все-таки, возненавидела.

Ну, надо же. Злые слезы жгли глаза, но я не собиралась больше показывать, кому бы то ни было, свою слабость. Не дождетесь!

– А вы ожидали чего-то иного? Весьма наивно!

– Да, – согласился он, не поднимая глаз, – я был наивен.

Но помолчав, посмотрел на меня и высказал:

– Но даже так, что это было? Любимый? Рей? Дети? Зз… – он вдруг сглотнул. – Зачал?

Хотелось отвесить ему пощечину и гордо уйти, громко хлопнув дверью напоследок. Хотелось спрятаться где-то под одеялом и излить все свое отчаяние одеялу и подушке. Хотелось, чтобы все это просто прекратилось… Но я сюда приехала не для того, чтобы потерпеть поражение.

– А что? – я постаралась забыть о том, как мне себя жалко и решила биться до последнего. – Что именно вам так не понравилось?

Рейвен молниеносно придвинулся. От него пахло горьким шоколадом, грозой и чем-то первобытным, мужским, от чего по телу пробежала странная дрожь.Его лицо, безупречное в своей суровой красоте, сейчас было маской сдерживаемого бешенства.

– Ты решила поиграть в кокетку на глазах у Ивора? Решила, что я – удобная мишень? -Рейвен протянул руку, и его пальцы, горячие, как клеймо, обхватили мой подбородок, заставляя задрать голову. – Ты назвала меня «Рей» перед сотней свидетелей!

– Ааа, – понимающе протянула я. – Так вот, что вам не понравилось? То есть, называть вас любимым Рейвеном значит можно. Поняла… любимый.

Штормхейд издал звук, похожий на сдавленный рык раненого зверя. Мое издевательское «любимый» стало той самой последней каплей, которая прорвала плотину его железной выдержки. В одно мгновение все его благоразумие рассыпалось в прах, оставляя лишь обнаженный, первобытный инстинкт.

И шагнув ко мне, он не просто сократил дистанцию – он стер ее.

Его свободная рука рванулась вперед, намертво впечтываясь в дверь прямо у моего виска

– Поняла, значит? – прохрипел он, и я увидела, как его зрачки затопили радужку, превращая глаза в два провала в бездну. – Ни черта ты не поняла!

Его накрыло. Я видела это по тому, как ходили желваки на его скулах, как опасно раздувались ноздри, втягивая мой аромат, смешанный с запахом моего же страха и вызова.