Книга Нэй: мой любимый Прародитель, страница 48 – Анна Кривенко

— Присаживайся! — предложил Риан, указывая на немного бесформенное образование, напоминающее кресло, но состоящее словно из одного надутого гибкого мешка. В моей памяти шевельнулось воспоминание, что это напоминает мне предметы-многофункционалы, которыми я когда-то мог управлять силой мысли. Увлекшись воспоминаниями, я невольно отправил мысленное повеление «креслу» вытянуться и изменить угол наклона спинки, и оно тут же исполнило повеление, став в точности таким, как я его представил.

Услышав, что зоннёнский принц пораженно выдохнул, я запоздало смутился: ну как я мог быть таким беспечным сейчас? Ангелика меня бы не одобрила!

Но… соделанного не вернешь. Остается надеяться, что Риан не станет использовать увиденное мне во вред…

Когда я сел в кресло, передо мной расширился стол, а Риан принес откуда-то несколько огромных белых блюд с самыми разными угощениями. Здесь были и сладости, и кусочки запечённого мяса, но больше всего фруктов. Увидев несколько очень знакомых плодов (которые, однозначно, были не с Ишира), я вдруг обрадовался. Они знакомы мне?

Я взял большой продолговатый фрукт фиолетового цвета и начал очищать его от кожицы. Она тяжело отделялась, но мои руки словно помнили, как это нужно делать, а я не мог дождаться, когда же откушу его: мне кажется, что когда-то он был моим любимым.

От потока нахлынувших впечатлений я снова забыл об осторожности и, когда наконец-то надкусил сладкую белую мякоть, от удовольствия даже улыбнулся и закрыл глаза.

В разуме всплыло слово: «мисхера» — плод широколиственного плодового дерева с сиреневыми листьями и круглогодичным плодоношением. Я вспомнил широкий, местами шипастый ствол. В молодом состоянии эти иглы были не опасны, но застарелые наливались сонным ядом, поэтому садовники обычно тщательно следили за этими отростками и вовремя избавлялись от них.

Мисхера давала много сил и избавляла от бессонницы. Я действительно ее вспомнил…

— Ты любишь мисхеру, да? — тихо проговорил Риан, и я утвердительно кивнул.

— Да, особенно вызревшую… — ответил я, а потом почувствовалбеспокойство.

Замер и медленно открыл глаза. Риан смотрел на меня с таким восторженным выражением лица, что я осознал: я снова дико проштрафился. Да что же это такое? Почему присутствие этого зоннёна оказывало на меня такое расслабляющее действие?.. Уж не влияет ли он на меня ментально? Хотя я ничего не чувствую…

— Ты же из потерянной родовой ветви Синоарим-Пуорт, не так ли? — проговорил Риан взволнованным голосом, а я отложил фрукт и нахмурился.

Синоарим… Пуорт… да, эти фамилии мне были определённо знакомы. И не только потому, что первая — это имя королевской семьи зоннёнов. Я однозначно слышал их в той, своей прошлой жизни… Но вот помнить… Нет, не помню…

— Я не знаю, — искренне ответил я. — У меня нет памяти…

Риан искренне удивился.

— Тебе стерли память???

Я нахмурился еще больше. Подобного варианта я как-то ни разу не рассматривал. Однако внутренность подсказывала: это не так.

Я тряхнул головой.

— Не думаю… — произнес я, отчего-то чувствуя себя неловко. И вообще, я жалел, что открылся перед этим зоннёном слишком сильно.

— Ты сам сказал, что я не зоннён… — осторожно напомнил ему я. — Помнишь, при нашей первой встрече недавно… Поэтому, я не думаю, что я тот, о ком ты говоришь…