Книга Личная ассистентка для орка, страница 36 – Рина Мадьяр, Тая Мару

— Рита, — произносит он, заставляя моё тело дрогнуть. — То, что произошло в оранжерее…

Я делаю шаг к нему. Потом еще один. Мы стоим так близко, что я снова чувствую исходящее от него тепло. Дрожь в моих руках не утихает, но теперь ее причина иная.

— Я… — я пытаюсь что-то сказать, но слова застревают, ведь я не в силах это произнести.

Он не ждёт. Его рука поднимается, и большие, грубые пальцы касаются моей щеки, проводят по линии скулы. Это прикосновение удивительно нежное, почти робкое, и от этого контраста с его силой у меня перехватывает дыхание.

— Ты дрожишь, — тихо произносит он,и его пальцы скользят ниже, к моему подбородку, мягко приподнимая его.

— Не от страха, — выдыхаю я хриплым и непривычно низким голосом.

Его взгляд становится тяжелым, властным. Ашгар чуть наклоняется. Медленно, словно давая мне время передумать. Но я не хочу отстраняться и в этот раз. И его новый поцелуй кажется особенным, словно невероятно сладостное завоевание. Его губы движутся по моим с нежностью, заставляя все мое тело изгибаться навстречу ему. Я цепляюсь пальцами за его куртку, боясь, что Ашгар передумает, отступит. Моясь, что это сон.

Но Ашгар не отступает. Его руки скользят с моей талии на спину, прижимая меня к себе так плотно, что между нами не остается и миллиметра пространства. Я чувствую каждый жесткий мускул его торса, каждую пуговицу его куртки, впивающуюся в мою грудь. Чувствую, как бьется его сердце, отстукивая такой же бешеный, неистовый ритм, как и у меня.

Мужчина отрывается от моих губ, и его горячее дыхание обжигает кожу на моей шее.

— Мы не можем здесь, — шепчет он, и его губы касаются чувствительной кожи под моим ухом, заставляя меня вздрогнуть и издать еще один сдавленный стон. — Не на этой грязной набережной.

— Тогда где? — шепчу я в ответ, мои пальцы сами собой запутываются в его коротких, жестких волосах. — Ашгар…

Я не договариваю, но ясно осознаю, что и правда больше не просто его ассистентка. Я женщина, которая хочет его. И он это видит.

Ашгар резко выпрямляется, его глаза пылают в темноте. Он больше не сдерживается. В его взгляде читается странная уверенность, заставляющая всё моё тело дрожать.

— Домой, — коротко бросает он, оглядываясь по сторонам. — Сейчас же. Долго находится в одном месте тоже нельзя.

Он снова хватает меня за руку, но с какой-то невероятной осторожностью. Мы почти бежим по пустынным ночным улицам, и на этот раз я не чувствую усталости. Во мне горит огонь, разожженный им, и этот огонь гонит меня вперед.

Мы врываемся в его особняк, в прихожую в полной темноте. Дверь с грохотом захлопывается, отрезая нас от враждебного внешнего мира. Тишина дома оглушает после уличного шума, но в висках стучит от напряжения.

Мы стоим, тяжело дыша, освещенные лишь дрожащим светом уличного фонаря. Его плащ, все еще наброшенный на меня, пахнет им и ночью. Ашгар сбрасывает его с моих плеч на пол без лишних слов и его горячий и тяжёлый взгляд скользит по мне, по моей растрепанной блузе, по груди, вздымающейся от бега и не только…

— Я не буду нежен, Рита, — предупреждает он, его голос низкий, хриплый от сдерживаемого напряжения. — Я не умею. После всего этого… я не смогу.

— Хорошо, — выпаливаю я, и мои собственные слова звучат для меня дико и смело. — Но для меня это впервые.