Книга Искра вечного пламени, страница 137 – Пенн Коул

«…проход может обрушиться в любую секунду…»

Я повернулась к Лютеру. Он по-прежнему смотрел на меня, на его лице отпечаталось хмурое, непонятное мне выражение. Принц захлопал глазами, словно, встретив мой взгляд, вырвался из собственных мятежных мыслей.

Рядом с принцем стояли двое Потомков — здоровенный детина с копной золотистых кудрей и стройная хмурая женщина с индиговым бобом, спускающимся к подбородку под острым как нож углом. Оба смотрели на Лютера с мрачной безысходностью.

— Если окружим здание магией тени, то потушим пожар, но она может убить застрявших внутри, — проговорил детина с мрачным выражением, совершенно не подходящим его лицу.

— В целях безопасности оружейный склад строился лишь с двумя дверями, — добавила женщина и покачала головой так, что несметное множество сережек сверкнуло в отсветах пламени. — Задняя дверь только что рухнула, передняя в таком плохом состоянии, что сквозь нее никому не протиснуться. Можно выжечь новый вход, но целостность здания серьезно повреждена. Новый вход может обрушить его целиком.

Детина уныло кивнул, соглашаясь с такой оценкой.

Лютер зыркнул на них так, что даже я съежилась, хотя, к чести Потомков, ни тот ни другая не дрогнули.

— Хотите, чтобы я бросил людей сгорать заживо? — прорычал он.

— Мы не уверены, что внутри остались живые, — возразил детина. — Даже если удастся запустить кого-то внутрь, возможно, он будет рисковать жизнью ради трупов.

— Я могу войти.

Взгляд Лютера метнулся ко мне.

Встав на ноги, я взглянула на здание, сейчас почти полностью объятое пламенем. Большую железную дверь взрывом сорвалос петель. Упавшие обломки превратили проем в нечто не больше лаза из почерневшего пылающего дерева. Лаз был узкий, но…

— Я могу войти, — повторила я. — Я меньше любого из вас. Я пролезу.

Потомки, стоящие рядом с Лютером, посмотрели друг на друга, потом на меня.

— Ты хочешь туда войти? — спросила женщина.

— Нет! — рявкнул Лютер. — Это слишком опасно.

— Весь последний час вы посылали туда своих стражей, — огрызнулась я. — Это слишком опасно не было?

— Вы не один из моих стражей.

— И что?

— Это слишком опасно. Вы смертная, не забыли? — Голос Лютера звучал сухо, почти язвительно. — Ваше тело слишком хрупкое.

Я обожгла его злым взглядом:

— Во-первых, если еще раз назовете меня хрупкой, я отрежу ваши драгоценные яйца и затолкаю вам в горло.

Группу Потомков накрыла мертвая тишина. Уголок рта Лютера дернулся вверх — едва заметно.

— Во-вторых, даже если я пострадаю, вам-то что? — Я горько улыбнулась. — В конце концов, я лишь смертная. Наши жизни — ничто в сравнении с вашими.

Мышцы шеи Лютера напряглись от усилий, которые он прилагал, чтобы сдержаться и не ответить.

Златокудрый детина посмотрел на Лютера, потом, наклонив голову, на меня, и его губы медленно растянулись в улыбке.

— У тебя может получиться, — задумчиво проговорила женщина. — Если сумеешь пробраться внутрь и переместить живых к выходу, мы поднимем потолочные балки настолько, чтобы вытащить раненых наружу. Но у тебя будет только один шанс — здание рухнет, стоит нам его тронуть.

Я пожала плечами:

— Я справлюсь. Мне не страшно.

— Заметно, — проговорил златокудрый детина и подмигнул мне.

— Нет. — Лютер скрестил руки на груди, поднял и напряг плечи. — Она в здание склада не войдет. Это не обсуждается.