Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 66 – Юлия Ханевская

С лестницы мне видно входные двери и часть гостиной.

Кай стоит внизу. Выглядит он не лучшим образом: мокрый до нитки, с разводами крови на одежде и в порванном сюртуке.

Он поднимает взгляд, словно почувствовал, что я на него смотрю, и коротко произносит:

— Все в порядке.

Голос хриплый, будто простуженный. И по глазам видно — не все так, как он сказал.

— Ты цел? Это… твоя кровь?

Он выдыхает и хмурится.

— Не только.

Меня пробирает еще больший озноб, и я обхватываю себя руками.

— А пленник, он… ушел? — спрашиваю едва слышно.

Кай молчит.

Так долго, что я успеваю представить худшее: злодей успел уйти, и уже завтра здесь будут мои палачи.

Но наконец Кай отвечает:

— Нет. Больше никто не узнает, где тебя искать.

Я прикрываю веки и облегченно выдыхаю. Хватаюсь за перила, стараясь не думать о том, что из-за меня Каю пришлось во второй раз замарать руки чужой кровью.

Укрывшую нас тишину нарушает Медея:

— Боги милостивые, Кай, что с тобой случилось? И леди Анара слаба, ее знобит… Что же мне с вами делать?!

Он переводит на нее взгляд и сурово отрезает:

— Уж я как-нибудь без тебя справлюсь, Меда. Иди лучше займись Анарой. И не отходи от нее ни на шаг.

— Со мной все хорошо, — перебиваю я тихо. — Беда миновала, я в порядке. Отдохни, Медея. Ты сегодня настрадалась, бедная… Самой, вон, синяк сводить надо.

Она смущается, но кивает.

Я разворачиваюсь имедленно иду на ватных ногах обратно в спальню. Закрываю за собой дверь и приваливаюсь к ней всем телом. Тяжело выдыхаю.

На самом деле я не в порядке.

Настолько, насколько вообще это может быть.

С того дня я так и не пришла в норму.

Не было ни одного утра, когда я просыпалась бы без дрожи. Без холода под ребрами и ощущения, что кто-то осторожно, но настойчиво вычерпывает мою силу, ложку за ложкой.

Малыш растет — и вместе с ним растет магия.

Еще месяц назад я едва чувствовала слабое покалывание внутри. Теперь же лед обитает во мне так явственно, что иногда мне кажется, будто я стала сосудом для зимы.

Подушки покрываются хрустящим инеем под моей головой.

Полотенца дубеют, будто вывешены мокрыми на мороз, едва я касаюсь их пальцами.

Дверные ручки покрывает тонкая ледяная корка.

А в некоторые ночи я просыпаюсь от того, что на коже появляется белесый иней — будто тонкий морозный узор проступает на ключицах и плечах.

Я почти не встаю. Тело спорит со мной за каждое движение, каждый шаг.

По ночам мучает бессонница, днем — тошнота и слабость.

И везде, в каждом мгновении, меня преследует холод. Он живет под моей кожей, тянется к сердцу, скользит по позвоночнику, концентрируется в животе. С каждым днем все сильнее.

Если бы я была обычным человеком, то давно умерла бы от переохлаждения или превратилась в ледышку. Но магия моего нерожденного еще сына не только терзает мое тело, но и поддерживает в нем жизнь.

Кай бродит по дому хмурый и молчаливый.

Медея суетится, что-то придумывает, греет камни в печи, укутывает меня одеялами и подкладывает раскаленные булыжники мне в ноги. Но тепла хватает ненадолго.

Я мучаюсь так несколько недель.

И вдруг, в один прекрасный день все меняется.

Как-то утром я лежу на спине в груде одеял и пытаюсь согреть ладонями живот, когда слышу шуршание мягких лап по полу, а затем ощущаю уверенный прыжок на кровать.

Рыцарь.

Лесной кот, которого мы с Медеей спасли от диких псов.