Книга Никаких ведьм на моем отборе!, страница 101 – Наталья Мазуркевич

— Р-р, — последний раз подал сигнал Жан-Батист и замолк, останавливаясь перед закрытой дверью и поднимаясь на задние лапы.

— Здесь значит, — проговорила я для самой себя и, сжав зубы, дернула пару волос. Со слезами на глазах оценила вырванный клок и бросила парочку на пол в коридоре. Вообще, так делать было плохо и не только из-за неуважения к труду служанок, но и ради собственной безопасности: попади волосы не в тем руки, и будет мне очень плохо, но выбирать не приходилось. Я же не знала, что ждет за дверью.

И того, что, толкнув дверь, наконец разживусь весомым аргументом. Знала бы — может и пожалела бы себя. Но я не знала, а потомупопрощалась с частью волос, остальные так и продолжила сжимать в руке, тихо-тихо толкая дверь вперед и на цыпочках проникая в покои.

Поднос, на котором носили собачью миску, блеснул мне металлическим боком и тут же был взят в работу. Теперь обе мои руки были заняты, а вот Жан-Батист — абсолютно свободен. И именно пес принял на себя удар, с рыком бросившись на копавшуюся в сундуке леди Элизабет ведьму. Я тоже бросила… но не себя в бой, а поднос и по темечку. Больше от испуга, чем по меткости своей, но… попала. Глухим звоном поднос отчитался о встрече с вражьими силами и рухнул на пол, как и Жан-Батист, ушедший от удара ведьмы.

Я перевела дыхание и быстро, пока тело ведьмы не подавало признаков жизни, содрала со шторы шнурок. Связывать руки я не умела, зато умела вязать метелки и плести из соломки. Едва ли мне это сильно помогло, но получившиеся узлы выглядели прочными, а кляп из собачьей попонки, которую Жан-Батист притащил и выплюнул мне под ноги, вышел хоть куда.

— Где леди? — спросила я у пса, когда ведьма была более-менее надежно обезврежена. На всякий случай я даже сунула ей под нос свой помандер, но бессознательное тело не стало биться в судорогах. Хм, служба демону была добровольным решением лже-горничной?

Жан-Батист с готовностью побежал в соседнюю комнату, и я, следуя за ним, ущипнула себя на всякий случай. Мало ли там крови много, или еще чего. Мне от одних мыслей становилось дурно. Но обошлось. Леди Элизабет лежала на кровати, укрытая одеялом, и размеренно дышала. Видимо, горничная решила, что так выиграет себе больше времени, если кто-то зайдет поговорить с леди. И она определенно была права. Если бы я не знала, что с леди что-то случилось и лишь мельком заглянула в спальню, то тихонько бы удалилась, чтобы не мешать королевской тетушке отдыхать. С порога-то в глаза не бросалось, что леди даже платье не сняла, прежде чем отправиться спать.

Я принюхалась, посчитала пульс леди, чуть оттянула веко, пригляделась и облегченно выдохнула. Притихший было Жан-Батист требовательно рыкнул, и я пояснила:

— Леди в порядке. — Пес помотал головой и запрыгнул на кровать. Ткнулся носом в волосы хозяйки, и я, повинуясь указанию, раздвинула волосы спящей, чтобы увидеть большую такую шишку. Видимо, не одна я размахивала подносами, и боги решили дать служанкепрочувствовать все то, что она устроила госпоже.

— Это целитель посмотрит. Но жизни леди ничего не угрожает, — заверила я пса. Жан-Батист серьезно кивнул и спрыгнул на пол. Я же заглянула под кровать: надежды найти там пропитанный снотворным зельем платок было мало, но чем боги не шутят?