Книга Не все дракону ведьма, страница 57 – Наталья Мазуркевич

– Я сделаю все, чтобы вы остались, – то ли пообещал, то ли пригрозил, то ли просто поставил перед фактом он.

– Удерживать иностранного гражданина, не совершавшего преступлений, против его воли незаконно, – напомнила я.

Нос уловил приближающийся аромат еды раньше, чем из коридора донеслись шаги.

– А разве вы не совершали преступлений? – притворно удивился виер, даря мне лукавую улыбку.

Я вздернула бровь, требуя объяснений.

– Вы – воровка, Ларин. Вы украли у меня то, в существовании чего не был уверен ни один мой противник. И я сам, признаться, уже начал сомневаться, но теперь знаю точно: я бессердечен.

– Вы мне таким не показались…

– Лишь потому, что вы забрали мое сердце, и в этом ваше преступление, – усмехнулся он и, не давая мне ни возразить, ни просто достойно ответить (хоть это было бы и нелегко), позволил: – Входите. Нам не терпится приступить к еде.

Бросив взгляд на его непоколебимое, чуть насмешливое лицо, я все же предпочла воспользоваться выданной мне возможностью промолчать. И, жуя салат, отрезая кусочки от запеченного с травами мяса, с волнением, прежде мне неведомым, думала: куда приведет нас сегодняшняя откровенность?

– Я утомил вас? – когда я не проронила ни слова, закончив с десертом, уточнил виер.

– Заставили задуматься, – слабо улыбнувшись, ответила я.

– Как и вы меня, – усмехнулся он и, словно специально, перевел тему на нейтральную, ту, что я готова была обсуждать: – Ваше желание. Узнать все о Ринталь Калиори и ее опекуне, – напомнил он. – Девушка с таким именем никогда не жила в Марголине.

– А леди Шарлотта?

– Леди Калиори действительно посещала Марголин более десяти лет назад, но подробностями о ее передвижениях и действиях я пока не располагаю. Впрочем, полагаю, через пару дней туман времени немного рассеется. Мои подчиненные над этим работают.

– Ее ведь могли звать иначе? – предположила я, перебирая варианты. – Если Ринталь удочерили… Или если Шарлотта ее украла…

– Если это так, то для поиска мне нужен хотя бы портрет. А лучше – если девушка лично приедет. Я выпишу пропуск.

– Она… пока не может. – Я прикусила губу, не зная, стоит ли сообщать виеру о проблемах подруги. – Шарлотта знает, что я уплыла сюда, а поскольку других друзей у Ринталь нет… Боюсь, если Рин попытается сюда добраться, она более не будет свободна.

– Сожалею, – скорее из вежливости, чем из искренних чувств заметил виер. – В таком случае обойдемся портретом.

– Хорошо, – задумчиво протянула я и поднялась из-за стола. Он последовал моему примеру. – Если не возражаете, я хотела бы сейчас же написать подруге.

– Разумеется. – Мне протянули руку, и я приняла ее. И все случилось так быстро и легко, будто и не стояла за этим жестом череда условностей.

Впрочем, виера Джалиет, не проронившая ни слова за всю трапезу, даже бровью не повела. Ни когда виер сплел наши пальцы, ни когда проводил нас до самого дома, передав из рук в руки довольному Мариусу, вышедшему на крыльцо.

– С нетерпением ожидаю следующей встречи, – поклонившись, сообщил мне виер и, быстро кивнув кузену, удалился, не дожидаясь ответных вежливостей.

– Кузина?..

– Я не голодна, – сказала вовсе не то, что Мариус хотел услышать. – И желаю уединиться в своей комнате.

С этими словами я прошла мимо кузена, оставляя ему на растерзание компаньонку. И пусть мне было немного совестно, я не сомневалась: она выдержит допрос кузена. В конце концов, ей за это платят. А мне… Мне надо написать Ринталь. Немедленно. Пока я еще могу трезво мыслить.