Книга Дети Зазеркалья, страница 37 – Варвара Кислинская

Это странное ощущение накрыло меня, как только я подошла к поселению. Я не сразу поняла, что оно значит. Все предчувствия перемен, все смутные ожидания устроили оргию в моей голове. Что-то словно тянуло меня вперед и в то же время, как бы предупреждало. Нет, не об опасности, а скорее о неоправданности надежд. Словно некая тайна мечтала быть открытой хотя бы кем-нибудь, пусть даже мной, совсем для этого неподходящей. Нечто подобное уже было со мной однажды, правда, не так сильно. В замке Хайдельберга. Тогда я встретила Макса.

Я аж споткнулась. Здесь? В этом Богом забытом местечке? Кто-то похожий на меня? Или снова совсем не похожий… Кто? Как узнать? Подгоняемая любопытством и предвкушением я ускорила шаг.

Почти все население деревушки собралось на центральной площади. Впрочем, центральная площадь — это громко сказано. То есть она действительно была в центре. А все хижины — по кругу. Вот и весь поселок. На склонах просматривались еще несколько более современных строений. Видимо, жилища хозяина фабрики и его подручных.

Электричества здесь не было. Индейцы занимались своими делами, ловя последний свет угасающего дня. И пели.

На меня бросали короткие взгляды, мне улыбались. Обычные люди, занятые своим делом. Они не выглядели эдакими прописными индейцами в кожаных штанах, домотканых рубахах и с перьями в волосах. Селяне, как селяне, одетые в простую небогатую одежду, с мозолистыми руками и пропаленными солнцем лицами.

Где же он?! Я спинным мозгом ощущала присутствие непохожегона остальных существа. Он боялся. Нет, не того, что вокруг. Он боялся себя, своей силы, своей магии. Он хотел, как лучше, а вместо этого оказывался в чем-то виноват. Он не знал, что не принадлежит этому миру и поэтому был одинок и несчастен.

Какой-то малыш, набравшись смелости, легонько дернул меня за косу. Я обернулась и улыбнулась, ожидая встретить любопытный взгляд. Но ребенок смотрел почему-то только на мои волосы.

— Нравится? — засмеялась я.

Пару мгновений малыш сосредоточенно о чем-то размышлял, а потом, прокричав что-то, что я не смогла разобрать то ли из-за его исковерканного испанского, то ли из-за детского произношения, и бросился прочь. Песня стихла. Люди на площади словно застыли, настороженно глядя на меня. А через минуту из хижины вышел мужчина. Не знаю, что отличало его от остальных. Разве что длинные, заплетенные в косы седые волосы. Но в его молодых, живых глазах на изборожденном морщинами лице плескалась вечность.

Уверенной и легкой походкой юноши старик подошел и остановился прямо передо мной. Я молчала, не зная, что сказать, а индеец разглядывал меня пристально, словно пытаясь заглянуть в душу.

— Боги вернулись в обличии несмышленышей, — тихо сказал он. — Коатликуэ[1] в теле юной женщины не помнит себя.

Коатликуэ? Что за зверь такой? Какая-то их богиня? Или Бог? А я-то тут при чем?

По площади прокатился вздох. Люди стали опускаться на землю, падая лицами в пыль.

— Тебе надо уйти отсюда, — индеец обращался уже ко мне. — Уйти как можно скорее. Там, где властвует Шочипилли[2], Кочиметль[3] не станет тебе помогать.

Я не поняла ничего из сказанного, кроме того, что он меня гонит. Ну, нет! Где-то здесь есть тот, кого мне нужно найти. Меня, похоже, приняли за воплощение какого-то бога? А что если они всех иномирцев так воспринимают? Вот только я совершенно в их богах не разбираюсь. Фиг знает, воплощением кого они считают того, кого прячут. Даже не знаю, какая у него магия. Не представляю кто он. Но я должна выяснить.