Книга Ошибочка вышла, страница 68 – Ника Ракитина, Варвара Кислинская

Сторинов посопел недовольно,но все же протянул девушке планшет.

— Туда вон садись и пиши, что диктовать буду, — пробурчал, словно одолжение делал.

Сыщик подмигнул гимназистке и получил в ответ понимающую улыбку.

Никита диктовал, Марина писала, Андрей осматривался, подмечая детали. Время от времени околоточный переставал говорить громко, принимался бормотать себе под нос, явно не для протокола.

— Вот ведь странность… Разбита часть посуды, но не тронуты другие вещи. Вандалы какие-то… Или подростки озоровали?.. Или в посуде у старушки клад?.. — тут он встретился со Звягинцевым взглядом и сразу же перестал рассуждать, набычился, побагровел. — Из-за тебя все! Ну, уехала старуха к родственникам и уехала. А тебе все неймется. Теперь мне дело заводи, тысячу бумажек пиши. И хоть бы писчую машинку околоточному в кабинет поставили. Нет, все от руки, а потом еще жди, пока пара гусынь из канцелярии время найдут отпечатать. Сам небось на свои тыщи себе машинку заимел. Ну, или тесть тебе сподобил.

— При чем тут мой тесть? — Андрей даже растерялся от этих слов, но на понятых оглянулся: неприятно, когда о твоих личных делах судачат, а тут посторонние, и у них ушки на макушке. — Мы с Альбиной вообще в разводе.

— Вот! Аморальный ты тип, — не понижая голоса, обвинил Никита. Злился он оттого, что все же вынужден был завести дело. Ради каких-то битых черепков. — Только квартиру я опечатаю.

— Невозможно, — покачал головой Звягинцев. — Цветы пропадут — Ланская тебя по головке не погладит, когда вернется. Ее муж — герой Двинляндской войны. Жалобы тебе нужны лишние, да из губернии? И сын ее в Китеже при государыне нашей.

— И что мне теперь, еще и за цветочками ухаживать?! — взорвался Сторинов.

— Зачем же? Ты вот Марину Клюеву допусти цветы поливать. Она девушка аккуратная, как за ними ухаживать, знает.

— Тебе сколько лет-то, госпожа Клюева? — покосился на девушку околоточный.

— Семнадцать, — негромко ответила Марина.

— Еще и несовершеннолетняя!

— Ты разрешение дай, а я сам за ней прослежу.

— Ну разве что сам, — околоточный протер вспотевшее лицо большим несвежим платком. — Сделаю для вас двоих снисхождение. Кто бы только мне сделал! Как этих воров ловить, не представляю. Местные бы сюда не полезли, знают, что нет у старушки ничего ценного, окромя кота. О, так, может,кот посуду побил?

— Кот не бил — он у меня обретается с тех пор, как пропала Ланская, — усмехнулся Андрей. — Ты о дактилоскопии знаешь?

— Ну-у… — протянул Никита осторожно. — Знать-то знаю, только знать недостаточно, специалист нужен. А где я тебе его возьму? Вон, сам видел, какие помощнички в околотке служат.

— Я могу с этим помочь, — сказал Андрей и добавил, надавив голосом: — Безвозмездно! — достал из внутреннего кармана заветную коробочку. — Про это тоже скажешь, что тесть подарил?

Может, и хотел бы Сторинов обвинить в таком Андрея, да только прекрасно знал, что за просто так коробочки эти не продаются, их лишь со справкой о прохождении соответствующих курсов из рук экзаменационной комиссии получить можно. И говорят, экзамен там — ой-ой-ой! Сам вот Никита не рискнул соваться — это ж заниматься надо, учиться. А когда, если семеро по лавкам? Преодолев внутреннее сопротивление, он все же произнес:

— Зайди попозже в околоток, официально оформим твое привлечение к следствию.