Книга Ошибочка вышла, страница 11 – Ника Ракитина, Варвара Кислинская

Девица вскочила и кинулась к рукомойнику. Наплескала в него воды и принялась шумно умываться. Андрею стало немного стыдно: довел до слез, а девчонка и так не в себе. Наконец она вытерлась полотенцем, промокнула волосы иопять вернулась к печке.

— Как вы можете такое говорить! — сейчас она не выглядела жалкой, скорее, хмурой и недоверчивой. — Я к вам за помощью, а вы…

Андрей поморщился. Девушка, похоже, и впрямь в беде, во всяком случае, сама в этом уверена, раз помчалась искать сыщика, а он тут со своим мрачным настроем и тупыми шутками.

— Прошу прощения, барышня.

Сыщик сел за стол, вынул из ящика новую папку зеленого колера, достал из бювара лист бумаги и обмакнул перо в чернила. — Давайте представимся для начала.

— Муррр, — сказал кот.

— Это Герочка, Герострат.

— Как?! За что его так? — хохотнул Андрей.

— А он, когда маленький был, бил все, до чего дотянуться мог, — девушка едва заметно улыбнулась. — А Елизавета Львовна, она историк. Ну и вот…

Андрей хотел спросить, кто такая Елизавета Львовна, но отложил этот вопрос. Импер-кун по имени Герострат сам по себе тянул на полноценную головоломку, так что не стоило пока множить сущности сверх необходимого.

— А вы? Вас как зовут? Сколько вам лет?

— Я Марина. Марина Клюева. Мне семнадцать лет.

— А по отчеству? — наклонился над столом Андрей.

— Викторовна. Мой папа мастер-строитель.

— В гимназии учитесь?

— Да, в женской. Вторая, она рядом с Вознесенским кладбищем.

Он вышел из-за стола и протянул Марине, сидящей у печки, руку:

— А я Звягинцев, Андрей Ильич. Очень приятно, — ладонь у девушки оказалась прохладной и крепкой. — Вот и познакомились.

Кот одобрительно мяукнул.

— Так что же у вас случилось, Марина Викторовна? — вернулся за стол Андрей. — Или у кота?

— Герочка один остался. У него хозяйка…

Не договорив, она закрыла лицо ладонями. Худые плечики затряслись, лопатки приподнимали халат. Девушка сгорбилась и сжалась, словно хотела спрятаться от того страшного, что случилось то ли с ней, то ли с котом, то ли с хозяйкой этого красавца.

— Ну-ну, — Андрей снял чайник с огня и налил чаю в стакан с подстаканником.

Подумав, кинул туда три куска сахара, размешал и протянул Марине. Дите горькое, может, с родителями разругалась? А с котом почему? К такому коту прилагается наградное пособие и не маленькое, так что вряд ли дело в деньгах. На погорелицу тоже не похожа: копотью не вымазана, гарью не пахнет, только дождем. Даже не духами, а то ведь не знают такие молоденькие девочкимеры, обольются, а с ними потом даже стоять рядом невозможно. Да и кто в первую очередь из огня кота спасает?

Упомянутый кот чихнул, посмотрел на Андрея с осуждением, словно мог знать, о чем тот думает, и стал вылизывать вытянутую переднюю лапу.

“Хотя я бы спасал”… — додумал Андрей.

Марина приняла у мужчины из рук чашку с чаем, размешала ложечкой и отставила.

— Вы пейте, он сладкий. Слезами горю не поможешь. А как согреетесь — все расскажете по порядку.

— Цветы, — прошептала Марина. — Нет, кровь! Там! Она…

Андрей бегло осмотрел гостью и кота: крови заметно не было. Наводящие вопросы он задавать не стал. Оттает — расскажет сама. Вернулся за стол, принялся перебирать бумаги, точно зная, что так девушке будет спокойнее. Она звякала ложечкой по стакану. После резко встала, промаршировала к письменному столу и выложила на стекло, покрывающее столешницу, записку. Насквозь мокрую, теперь уже подсыхающую и стремящуюся свернуться, обляпанную бурым.