Онлайн книга «Лики зазеркалья»
|
И отец, как назло, куда-то смылся в спешном порядке. То ли у него там какой-то редкий вид загибался на другом конце страны, то ли потерялся какой-то уникум, только три дня назад он ушел в клинику, а через час примчался обратно, собрал чемодан и был таков. А жаль! Вот кто умеет найденышей пристраивать. - Ладно, - смирилась я и встала, - пошли уж! Поживешь у меня какое-то время, а потом что-нибудь придумаем. Щенок недоверчиво посмотрел на меня, вздохнул, но с места не сдвинулся, полностью завладев моим ботинком. - Ну, и? Пойдешь или нет? Он снова поднял на меня мордочку и помотал головой. И тут до меня начало медленно, но верно доходить. Собаки не разговаривают жестами. Человеческими жестами. Они не кивают в знак согласия и не мотают головой в знак отрицания. Им, в отличие о человека, такие движения вообще не очень свойственны. Анатомия другая. А еще... Еще при слабом освещении расширяются зрачки, и у них они отсвечивают зеленым или красным – той частью спектра, которую собака не различает. У этого они не отсвечивали. Как у человека. Я снова присела на корточки. - И кто же ты у нас такой есть, а? Щенок только вздохнул. Вообще-то не такой уж и щенок – месяцев пять-шесть, пожалуй. Но еще дурак дураком, естественно. - Не хочешь ко мне идти? Он передернул загривком, как плечами, и потупился. - Стесняешься, что ли? Щенок кивнул. - С чего бы это? Ах, простите, сэр! Мы же с вами не представлены! Елена Прекрасная, к вашим услугам. Вообще-то Еленой Прекрасной меня называет только отец. Больше такая нелепица никому в голову не придет. Но от этой невероятной зверушки меня пробил веселый кураж, хотелось нести чушь и дурачиться. Нет, ну посудите сами: я сижу на корточках под фонарем, в начале одиннадцатого вечера, в двух кварталах от дома и разговариваю с собакой, которая все понимает и даже отвечает. Кому рассказать... Да не расскажу я такое никому – засмеют! Щенок, услышав столь громкое имя, смешно свернул голову на бок на девяносто градусов и слегка сполз с моего ботинка. Зрачки расширились еще больше. - Ладно. Не комплексуй. Для тебя – просто Аленка. А Еленой Прекрасной я, наверное, в какой-то другой жизни была. Он вроде бы немного расслабился. - А тебя-то, как зовут, не скажешь? Зверек выпрямился и отошел на пару шагов. Потом пригнул в поклоне передние лапы и зарычал. Получилось что-то вроде «Гр-р-о-о-у-у-а-э-ым» - Ух ты! И что это значит? Гром? Он помотал головой. - Гримм? – вспомнила я Гарри Поттера. Снова отрицательный жест. - Грэм? Щенок закивал так, что уши захлопали, и даже разок вильнул хвостом. - Приятно познакомиться, Грэм. Ну, что? Теперь ты примешь мое приглашение? Пару мгновений он размышлял, потом, как бы нехотя, кивнул. - Ну, пошли тогда. Познакомлю тебя со своими домочадцами, - я, наконец, встала и собралась идти домой. Щенок не сдвинулся с места, снова скривив голову на бок. - Ну, не одна же я живу. Да ты не бойся, в обиду не дам. И вообще, они у меня не кусаются. Когда в себе. В ответ он смешно фыркнул, словно пытаясь сказать «сам, кого хочешь, покусаю». - Ну, тем более, раз не боишься... Снова фыркнув, недопесок гордо вскинул голову и пристроился к моей ноге. Воспитанный! В лифте он сразу обнюхал все углы, недоуменно посмотрел на меня, а когда закрылись двери, и заработал мотор, начал мелко дрожать. Клаустрофобия у него, что ли? Или лифтов никогда прежде не видел? Я положила руку ему на голову, и он чуть-чуть успокоился. В открывшиеся двери он выскочил первым и заозирался на лестничной клетке. |