Книга Их любимая кукла, страница 92 – Ольга Островская

Обхватив мои запястья, поднимает их у меня над головой, вытягивая в струнку и обездвиживая. Доводя искрящее во мне напряжение до предела. Кусает губы, целует подбородок, облизывает горло… и вдруг вонзает свои клыки в мою шею у основания, впрыскивая под кожу жидкое пламя. Уже знакомое, после близости с Са-ардом. Это… больно. Но и безумно сладко почему-то. Боль невероятным образом сливается с наслаждением, удесятеряя все ощущения. Ощущать в себе его член и его клыки. Невозможно. Нестерпимо. И я взрываюсь, разлетаясь на осколки в ослепительном оргазме. Настолько остром и мощном, что сознание почти меркнет.

Меня нет. Я обнажённый нерв. И рык догнавшего меня в своём наслаждении Шоа-дара лишь добавляет остроты моей собственной эйфории.

Кажется, Шоа-дар всерьёз задался целью показать, что может свести меня с ума не хуже, чем брат. Я ещё даже отдышаться не успеваю, а он уже снова целует. Губы, шею, грудь. Кусает и облизывает, не позволяя огню угаснуть. Ласкает между ног. Даже между ягодиц, трогая сжатое колечко мышц и с откровенным урчанием уверяя, что это моё местечко они с братом тоже обязательно возьмут. Со временем, а пока… «Покричи для меня еш-щё, Ж-шеня».

И я кричу. Снова и снова. Срывая голос и извиваясь в его руках, на его члене, под его мощным телом. Изнемогая,умоляя. Вновь и вновь забывая себя в разделённом на двоих безумстве.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Шоа-дар наконец насыщается и позволяет пресыщенной мне уснуть в его объятиях. Выключившись от изнеможения, я даже не замечаю, когда в кровати к нам присоединяется Са-ард.

Зато проснувшись утром, первое, что вижу, это глаза змея старшего, лежащего рядом со мной лицом к лицу. И рассматривающего меня с очень странным выражением.

Задержав дыхание, я тоже смотрю на него. Сердце, пропустив удар, пускается вскачь. За спиной ощущается большое тело Шоа-дара, даже во сне не выпускающего меня из своих рук.

Сложно придумать более располагающий к ревности момент, чем сейчас. Когда я зацелованная, взъерошенная, со следами бурной ночи на теле, лежу в объятиях другого мужчины. Но ревности я не замечаю.

Что это? Признак безразличия к ничего не значащей игрушке? Или же… для них попросту абсолютно нормально то, что между нами тремя происходит?

− Ты наш-ша, Ж-шеня, − вдруг произносит Са-ард, словно прочитав мои мысли. А может, и действительно прочитав? Я же не знаю, на что они как менталисты способны. Знаю только то, что они сами мне говорят. А говорят они мне явно далеко не всё. Вдруг этот их ментальный блок, который они мне поставили, от них самих вообще не защищает?

И он так об этом говорит… будто имеет в виду не «сейчас» и «пока ты с нами на корабле», а «навсегда». Но это ведь невозможно. Ведь так?

− Выс-с-спалась? – спрашивает змей старший, скользя взглядом по моему телу. Серебристые глаза вспыхивают откровенным желанием при виде моей искусанной шеи, потом опускаются ещё ниже, на грудь, прикрытую ладонью Шоа-дара.

− Да, − шепчу одними губами. И ощущаю, как теснее сжимаются вокруг меня руки змея младшего.

Заметив это, Са-ард задумчиво усмехается. А затем тянется ко мне, чтобы накрыть припухшие губы своими, проводит по ним языком, безмолвно приказывая принять эту ласку. И как только я открываю рот, впуская его, придвигается ближе, буквально вжимая меня в тело Шоа-дара.