Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 87 – Тина Солнечная

Завтраки за эту неделю превратились в отдельный вид магического хаоса. Я очень старалась делать всё по-человечески: поставить чай, нарезать хлеб, разогреть что-то в котелке… но едва я отворачивалась, Шарх уже успевал стащить у меня половину ингредиентов. Он делал это с таким лицом, будто природа создала его для того, чтобы воровать продукты у голодных женщин, чтобы потом топить их гнев страстными поцелуями, за которые продукты надо было выкупать.

Айс в этот момент стоял у стола с ножом — и резал всё так ровно, будто собирался провести лекцию о симметрии в кулинарии. Иногда мне казалось, что он тренирует не мои магические способности, а терпение Коула, который три раза подряд не успел занять его место и сильно злился по этому поводу, но больше в шутку, конечно.

А ужины стали нашим новым священным ритуалом. Что бы ни происходило, кем бы ни были разорваны днём коридоры замка — вечером мы садились за один стол.

* * *

Шарх первым влетел на кухню — босиком, с растрёпанными волосами, держа во рту яблоко, как голодная белка. Он с порога оглядел меня, прищурился и торжественно заявил:

— Стой. Не шевелись!

Я замерла с кружкой на полпути ко рту.

Шарх подошёл, нахмурился, взъерошил мне волосы, что-то буркнул… А потом воткнул вилку прямо в мою причёску.

Я хлопнула глазами.

— Готово, — удовлетворённо сказал он. — Шедевр.

Ты… что сейчас сделал? — уточнила я яркой жестикуляцией, которую он, само собой понял.

— Это называется инсталляция, — важно произнёс Шарх. — Искусство. Подчеркивает бунтарскую натуру твоих локонов.

В этот момент в кухню вошёл Коул. Увидел вилку. Увидел Шарха. Увидел меня с вилкой в волосах.

И выдохнул так, будто готовился к войне:

— Я тебе сейчас эту инсталляцию…

— Ого, огненный проснулся, — Шарх отскочил за стол. — Осторожно, моя работа очень хрупкая и нежная, горячо рекомендуется не поджигать.

— Убери. Вилку. Из. Её. Волос. — Коул говорил так тихо и медленно, это не сулило ничего хорошего.

— Она мне нравится, — невозмутимо ответил Шарх и спрятался за меня. — Катрина, скажи ему, что тебе тоже нравится.

Я попыталась вытащить вилку сама — она застряла. Прекрасно.

Шарх, чтоб тебя. Я показываю ему жестами, чтобы достал её обратно. Показываю злого Коула и недовольно морщу брови. Намекаю, что Коулзапёчет его своим пламенем до хрустящей корочки, а я буду смотреть и радоваться.

— О, это угроза? — Рыжий вскинул бровь. — Я возбуждаюсь от угроз, знаешь?

Коул швырнул в него что-то. Я не успела рассмотреть, что именно, но Шарх лихо увернулся.

В этот момент пришёл Айс и сделал это максимально незаметно, как и обычно. Он просто остановился рядом, посмотрел на меня… и аккуратно вытащил вилку из волос одним движением, при этом, каким-то фантастическим образом, распутав то, где она застряла.

— Исправлено, — сказал он.

Шарх возмущённо зашипел:

— Вообще-то я создавал образ!

— Образы, созданные вилками, недолговечны, — холодно заметил Айс и подал мне вилку, словно ритуальный предмет. — И да. Ты опять неправильно держишь нож, Катрина. Чему тебя только учили дома. До сих пор поверить не могу, что ты из семьи Нур.

Я закатила глаза и отодвинула тарелку. Аппетит пропал.

Я смотрела на нож, который держала в руке, и медленно приподняла бровь, все же пытаясь понять, что ему опять не нравится. Это был самый обычный жест — недоумение вперемешку с лёгкой издёвкой.