Книга Душа на замену, страница 141 – Рада Теплинская

Но не успела я сделать и двух шагов, не успела обернуться и схватиться за спасительную дверную ручку, как меня поймали. Сильные, крепкие руки обхватили меня, словно стальные обручи, не оставляя ни единого шанса на побег. Я оказалась прижата спиной к широкой, вздымающейся груди Блейна. Его сердце бешено колотилось, отбивая какой-то дикий, неистовый ритм, который я чувствовала всей кожей. Его просто трясло от стресса, напряжения, пережитого страха, и этот страх передавался мне, проникая сквозь ткань одежды, сквозь его собственную дрожь.

Он не ослаблял хватку, а только крепче прижимал меня к себе, словно пытаясь слиться со мной воедино, убедиться, что я рядом. Его губы касались то моих волос, зарываясь в них, то нежно скользили по шее, оставляя обжигающий след, то прижимались квиску. И он бормотал полушёпотом-полустоном голосом, сорванным от напряжения и эмоций:

— Как я испугался, ты просто не представляешь, как я испугался… У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди… я не готов тебя потерять, слышишь? Не готов…

Его слова были полны такой неподдельной боли и ужаса, что у меня самой перехватило дыхание. Я чувствовала его дрожь, его отчаяние, и это на мгновение заглушило мой собственный страх. Я лишь хотела обернуться, обнять его в ответ, успокоить.

Но это мимолетное затишье быстро сменилось новым эмоциональным штормом. Видимо, первый шок, первая волна облегчения схлынули, и на их месте поднялась ярость. Я почувствовала, как каждая мышца в его теле напряглась, словно стальной канат. Его хватка на моих плечах, еще секунду назад нежная, стала жесткой, почти грубой. Он резко развернул меня к себе лицом, его глаза горели неистовым огнем, а челюсти были сжаты. Не успела я осознать произошедшую перемену, как он начал трясти меня, как грушу, и орать, как фурия.

— Никогда! — Его голос резанул воздух, оглушая. — Слышишь, никогда! Больше не смей так делать! Я чуть не сдох! Понимаешь? Чуть не сдох от страха!

Казалось, от его крика зазвенели стёкла в окнах, а у меня в ушах стоял пронзительный звон. Я думала, что оглохну от такой ярости, но его гнев был так тесно переплетён со страхом, что я лишь смотрела на него, не зная, что ответить. Это был не упрёк, а скорее всплеск первобытного ужаса. Внезапно, так же резко, как и начал, он остановился. Он перестал трясти меня, его руки снова обхватили меня, но на этот раз не с грубой силой, а с отчаянной нежностью. Он притянул меня к себе, прижал так крепко, что стало трудно дышать, а затем наклонился и поцеловал.

Поцелуй был жадным, словно он пытался выпить меня, впитать каждую частичку моего существа. Жарким, до обжигающей боли. Страстным настолько, что все мысли вылетели из головы, оставив лишь осязаемое ощущение пожара между нами. У меня перехватило дыхание — и от этого вихря чувств, и от шока от резкой смены его настроения, и от самой ситуации, и от близости его такого желанного тела. Коленки подкашивались, я чувствовала, как таю в его объятиях, словно ванильное мороженое под летним солнцем. И уже не замечала, как мои руки сами собой обхватывают его в ответ, прижимаясь еще крепче, словнопытаясь убедиться, что он реален, что мы оба здесь и сейчас.

Неизвестно, сколько бы мы так целовались, забыв обо всём на свете, если бы сбоку не послышалось нарочито весёлое покашливание. Резкий звук заставил нас вздрогнуть и оторваться друг от друга.