Книга Строптивая истинная генерала драконов, страница 90 – Наталья Гордеевская

— Эй, Бернард, остановись, угробишь девчонку! — хриплый голос Матильды показался музыкой. — Какой толк будет, если она в первый день у тебя помрет? Даже половину суммы за нее не отобьешь назад!

— Займись ею! — выплюнул Сандерс. — Проверь, вдруг притворяется!

Матильда кое-как подняла меня, плюхнув на кровать, и я уставилась в серый грязный потолок, не в силах даже издать слабый звук.

В голове шумело, а перед глазами вспыхивали красные огни.

— Не притворяется, вон — даже не моргает, — произнесла Матильда, вглядевшись в меня. — Она ж тощая такая, откуда в ней силы? Проспится, поест и будет как новенькая!

— Приведи ее в порядок, — велел Сандерс, поджимая губы. — Чтоб завтра вечером была готова!

— Будет сделано! — пропела Матильда. — Не изволь сомневаться! Кажется, пришел судья, выбирает девочку, заодно тебя звал. Ты сходи, пока мы тут по-девчачьи пошушукаемся!

— Судья? — встрепенулся Сандерс. — Это хорошо! Как раз узнаю, как дело дракона движется! На его казнь я хочу занять место в первом ряду!

Из глаз потекли слезы, из пересохшего рта вырвался хрип, и тело содрогнулось от крупной дрожи.

— Ну-ну, ладно тебе, — приговаривала Матильда, когда мы остались вдвоем. — Сейчас поешь и спи себе до завтра! Что тебе дракон, если уж он самне может освободиться, то ты-то куда полезешь?

Она поднесла к моим губам чашку с чем-то дымящимся, и я сделала осторожный глоток. Куриный бульон показался божественно вкусным, будто я ничего лучше в своей жизни не ела.

— Ну вот, — довольно улыбнулась Матильда. — Румянец сразу появился, хорошо! Сейчас засыпай, завтра Сандерс не будет такой добрый!

— Почему вы мне помогаете? — хрипло спросила я, с усилием поворачиваясь на бок.

— Ну а почему нет? — удивилась она. — Вот не сможешь потом меня исцелить — какая ж мне выгода от этого? Сейчас я тебе добро сделаю, потом ты мне, все честно!

Матильда говорила что-то еще, но мои глаза закрылись сами собой, и я провалилась в темноту.

Проснулась от ощущения разрастающейся огнем тревоги. Будто в груди, по плечам и рукам все жгло, и неотвратимое надвигающееся чувство беды было таким сильным, что я подскочила, в страхе озираясь.

Я действительно в борделе, в тесной грязной комнате с мутным окном. Волосы спутались, платье сменить не на что, а уж о ванне теперь и мечтать не приходилось.

— Проснулась? — в комнату заглянула Матильда. — Давай, не зевай, пора вставать, впереди рабочая ночь! Сейчас клиент попрет, самое время!

У нее под глазами залегли тени, а лицо было осунувшимся. Кажется, она и вовсе не спала.

— Да, я сейчас, — торопливо ответила я, свешивая ноги с кровати. — Дайте мне несколько минут!

Сколько я проспала? По ощущениям, как будто сутки прошли. Сон не принес отдыха, но хотя бы я смогла встать и пройти несколько шагов на дрожащих ногах.

Оперевшись на холодную стену, я замерла. Какое-то странное ощущение, совсем слабое, отвлекало от мыслей, мешая сосредоточиться.

Глубоко вздохнув, я закрыла глаза и прислушалась к себе. Руки уже не болели так сильно, и легкое, почти неуловимое ощущение возникло вновь, посылая по коже крохотные искорки.

Лишь когда в голове стало пусто, я смогла понять, что именно мне не дает покоя, и радость захлестнула меня с головой, как морская волна.

На запястье пульсировала метка.