Онлайн книга «Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви»
|
И, конечно, она наверняка наговорила бы еще больше куда более неприятных вещей, но в этот момент Дмитрий Степанович сделал едва заметный шажок вперед и вдруг навис над притихшей коллегой. А она резко захлопнула рот и нервно сглотнула. Ой! – Что же вы замолчали, Дарья Сергеевна? – тихо протянул он. – Неужто засомневались? – Я… я не… – залепетала перепуганная Иванова, понимая, что отступает. Палец все еще упирался в теплый вязаный джемпер, безвозвратно пачкая его краской, но сама она не могла даже пискнуть. Только беззвучно хватала ртом воздух. Но тут Смирнов усмехнулся как-то тревожно и на мгновение отвел взгляд, прежде чем снова уставиться прямиком ей в глаза. – Ах, нет! Похоже, вы просто хотите это проверить. – ЧТО?! Эхо ее возмущенного голоса отразилось от стен, а потом неожиданно утонуло во всеобщем и удивительно музыкальном вздохе, когда, сделав последний шаг, доцент Смирнов вдруг притянул младшего научного сотрудника Иванову к себе и неожиданно поцеловал. То, что все это происходит на самом деле, Дарья Сергеевна осознала лишь спустя пару мгновений. Широко распахнув глаза, она стояла посреди зала и не падала в обморок лишь потому, что мужская рука уверенно держала ее за плечи и прижимала к перепачканному краской теплому свитеру так крепко, что можно было почувствовать, как быстро и тяжело колотится сердце Смирнова. Или это было уже ее? Дарья Сергеевна не понимала. Единственное, в чем она не сомневалась, что все же закрыла глаза, а потом… Дмитрий действительно был на вкус как корица – свежий, немного резкий, но удивительно сладкий. Это было так непохоже на окружавшую ее ваниль, что, ощутив на щеке чужое дыхание, она инстинктивно потянулась вперед. Щелкнула где-то в часах сухая секунда, а потом Дарья Сергеевна с горечью поняла, что ответить на поцелуй было ошибкой. Едва ощутив ее осторожное прикосновение, Смирнов отстранился и, не удостоив никого больше ни словом, стремительно вышел из зала. Громко хлопнула дверь, и она осталась одна под осуждающими взглядами десятка коллег. Снова сухо отсчитывала время секундная стрелка, словно где-то ломали черствое, как деревяшка, печенье. А потом дверь хлопнула во второй раз, когда Дарья Сергеевна бросилась прочь, не выдержав напряжения. Вот с тех пор-то и доносились из всех кабинетов и коридоров сердитые разговоры. Гудели, точно пчелиные улья, сотрудники Марципаново-Ежевичных Дотаций, вздыхали девочки-лаборантки из Томатно-Оливочной Системы Тестирования. В общем, весь институт стоял на ушах, и только доцент Смирнов и Дарья Сергеевна делали вид, будто ничего не случилось. Они просто молчали. В тишине рассыпали на елке снежные хлопья кокосовой стружки, без лишних слов резали золотинку для бутафорских подарков и, конечно, в абсолютном безмолвии расходились в разные стороны, стоило им встретиться где-нибудь в коридорах. И каждый из них, наверное, мечтал, чтобы неожиданно ставший для всех тягостным праздник наконец-то закончился. На их счастье, время не пачка желатиновых мишек, в перетягивании которых соревновались прямиком в праздничную новогоднюю ночь развеселившиеся работники научного института. Оно хоть и было податливым, но все же в один момент порвалось. Прямиком в тот момент, когда до заветного боя курантов оставалась лишь пара минут. |