Книга Тень Тьмы, страница 32 – Никки Сент Кроу

Я хватаю её за запястье и дёргаю к себе на колени. Она тихонько взвизгивает.

– Пойдём со мной в постель, – говорю я.

Она ёрзает у меня на коленях, и мой член это замечает.

– Попроси меня вежливо.

В груди у меня зарождается рык. Я обхватываю рукой её затылок и склоняю ухом к своим губам.

– Пойдём со мной в постель, моя маленькая шлюшка Дарлинг, чтобы я мог как следует оттрахать твою мокрую киску и заставить тебя молить о пощаде.

С её влажных губ срывается шумный выдох, и она сжимает бёдра вместе.

Я веду другой рукой вверх по её голой ноге, к бедру, и воздух застревает у Дарлинг в горле.

Она издаёт тихий звук, похожий на всхлип, когда мои пальцы останавливаются всего в дюйме от её киски.

Клянусь, я могу почувствовать её тепло.

– А если я не устала? – вызывающе спрашивает она.

Непослушная девчонка.

– Мы могли бы начать с ванны. – Я скольжу ближе, и она раздвигает передо мной бёдра. – Ты, в конце концов, грязная.

На выдохе она издаёт смешок.

– Да, во мне полно спермы Питера Пэна.

– Ммм. Всё как я люблю.

И это так и есть, чёрт побери. Я хочу накачивать её своей спермой каждый грёбаный день.

Солнце ползёт ближе к горизонту, но я вдруг перестаю торопиться.

Я провожу пальцами по трусикам Дарлинг вниз к ластовице и легко тереблю мокрую ткань. Дарлинг шипит и сопротивляется мне, но я всё ещё держу её за шею другой рукой. Она никуда не денется. Во всяком случае, пока.

– Пойдём со мной в постель, – снова говорю я ей. – Скажи «да», Дарлинг.

Переместив руку к её клитору, я надавливаю достаточно сильно, чтобы Дарлинг заизвивалась всем телом.

– Хорошо.

Это всё, что мне нужно было услышать. Я снимаю её с себя, ставлю её ноги на пол.

– Тогда поторапливайся, Дарлинг.

Она мчится вперёд меня к башне и вниз, вниз по лестнице.

Может быть, рассвет и близок, но в темноте я ещё смогу продержаться час или два.

И этого хватит, чтобы заставить Дарлинг выкрикивать моё имя.

Уинни

Пэн, как и обещал, отправляется набрать ванну, а я в это время брожу по его комнате.

На всём пространстве здесь отчётливо лежит отпечаток его личности.

Стены окрашены в тёмно-изумрудный цвет, напоминающий зелень лесов Неверленда. Гигантская кровать с балдахином накрыта угольно-серым пуховым одеялом, до смешного пышным на ощупь.

В углу – кресло с высокой спинкой, стол и лампа. На комоде несколько безделушек. Маленькая фигурка феи, вырезанная из морёного дерева. Окаменелость. Изящный остов листа в стеклянной банке.

Пока вода наполняет ванну, я просматриваю книги, сложенные стопками по периметру комнаты.

На некоторых нет заглавий, я подозреваю, что это дневники, и чувствую почти непреодолимое желание открыть какой-нибудь из них и прочитать самые глубокие, самые мрачные мысли Питера Пэна.

Но я этого не делаю.

Я бы не посмела.

Среди дневников попадаются старые книги в кожаных переплётах с ребристыми корешками. «Дивный новый мир». «Повелитель мух». «Преступление и наказание». Даже «Гордость и предубеждение».

Мне нравится, что они с Вейном так много читают.

– Иди сюда, Дарлинг, – зовёт Пэн из ванной, перекрывая кран.

Пройдя к нему на другой конец комнаты, я просовываю голову в приоткрытую дверь. Ванная у Пэна большая, с каменной отделкой. На стенах мерцают кованые фонари, свисающие с крюков.

Пэн стоит рядом с глубокой и широкой ванной, по его обнажённому телу струится пар.