Книга Король Неверленда, страница 30 – Никки Сент Кроу

Черри упирает руки в бока.

– Каждую ночь мы жжём костёр. С каких это пор нам нужно его разрешение?

– Не нужно, – говорю я, – но он наверняка будет не в восторге от участия в этом девчонки Дарлинг.

– Пэна я беру на себя.

Кас смеётся, запрокинув голову к небу.

– Что, мать твою, ты собираешься сказать Питеру Пэну, чтобы он тебя послушался?

– Он куда благоразумнее, чем вы оба стараетесь его представить. – Черри щурится: от порыва ветра пальмовые ветви отклоняются в сторону, и вниз струится яркий солнечный свет. – Кроме того, куда она пойдёт? Бежать здесь некуда.

– Зато тебе, похоже, прошлой ночью довелось побегать, – замечаю я.

Кас хмурится: «Перестань её дразнить».

«Почему, когда её так легко вывести из себя?»

– Прекратите, – требует Черри.

– Что именно?

– Говорить на своём языке фейри. Я не слышу слов, только звон колокольчиков, и это раздражает. – Она обиженно фыркает.

– Да мы просто обсуждали Тень Смерти, только и всего, – вру я. – Ну как, ты испытала лучший, самый ужасающий оргазм в своей жизни, Черри?

Щёки у неё розовеют.

Честно говоря, я удивлён, что она на ногах и даже ходит.

Когда тень Вейна берёт над ним верх, это даже меня пугает до чёртиков – а меня он хотя бы не пытается трахнуть.

– Я больше не обсуждаю свою личную жизнь с вами двумя, – отрезает Черри. Но добавляет: – Так Уинни можно прийти?

– Думаю, да, – соглашаюсь я. – Ты же знаешь, я просто обожаю красивых девчонок и вечеринки.

– Потому что ты самовлюблённый придурок, – вклинивается Кас.

– Недалеко от истины, – соглашаюсь я.

– Ты приготовишь еду? – спрашивает Черри.

– А что, кто-то это умеет лучше меня? – Ответа от неё я не жду. – Нет. Никто. Так что да, я приготовлю еду.

– Хорошо. Скажем, к семи.

– Я думал, ты собираешься сначала спросить разрешения Пэна? Солнце садится не раньше половины восьмого.

Она ухмыляется:

– Я лучше потом попрошу у него прощения.

– Отважная малютка Черри, – говорю я. – Отлично. А теперь брысь отсюда.

Она закатывает глаза, но уходит на холм, исчезая за пальмовыми ветвями.

– Ты думаешь, что сегодня вечером сможешь удержать хер в штанах? – скептически спрашивает Кас.

– Сомневаюсь.

Он снова тыкает меня палкой. Я наконец вырываю её у него из рук и бью его в ответ.

Брат смеётся и потирает больное место.

– Если нас выгонят из дома на дереве, нам больше некуда будет идти. Так что веди себя прилично.

– Пэн никого не выгоняет, просто сразу выпиливает. Если мы окончательно его достанем, мы точно покойники. Так что я даже не знаю, что ты так переживаешь.

Брат что-то бормочет себе под нос.

Я закрываю глаза и снова опускаюсь в гамак. Верёвки, обвязанные вокруг дерева, поскрипывают. Какое-то время мы лежим тихо, а затем Кас произносит:

– Завтра вечером сюда придёт Тилли.

– Я знаю.

– Я скучаю по сестре.

Я вздыхаю.

– Я тоже.

И по дворцу. И по всяким придворным скандалам. Мне там было очень хорошо.

– Думаешь, она когда-нибудь простит нас?

– Навряд ли.

Трудно простить братьев, когда они прямо у тебя на глазах выпустили кишки вашему общему отцу.

– Знаешь, о чём я размышлял после Мерри? – спрашивает Кас.

– О чём?

– Интересно, правда ли наша дорогая сестрёнка делает с девчонками Дарлинг именно то, что говорит?

Я широко распахиваю глаза.

– Думаешь, она лжёт Пэну?

Кас садится в гамаке, опускает ноги на песок.

– А если так? Как с этим быть?