Книга Король Неверленда, страница 24 – Никки Сент Кроу

Член Баша вздрагивает глубоко внутри меня.

Пэн с отчётливым лязгом захлопывает зажигалку, затягивается, тлеющий кончик сигареты вспыхивает ярким неоново-оранжевым огоньком.

Выдохнув дым, он язвительно произносит:

– Не обращай на меня внимания.

Проходит в комнату, садится в кресло у меня за спиной.

Баш издаёт долгий выдох, почти всхлип. Его твёрдый член всё ещё во мне, но он не двигается.

– Ну давай, – приказывает Пэн. – Трахай её.

– Пэн… я не…

– Продолжай. Живо.

Баш смотрит на меня. Не могу сказать, с сожалением или с облегчением.

Он резко толкается вверх, одновременно насаживая меня на себя, чтобы войти на всю длину.

Мне не видно Пэна, но ощущать его тяжёлый взгляд на моей заднице – едва ли не самое эротичное переживание в моём богатом опыте.

Мне это невероятно нравится. Может, я и перетрахалась с половиной баскетбольной команды, но только один на один, без свидетелей.

Баш набирает темп, я помогаю ему, подпрыгивая, мы всё ближе и ближе к краю. По комнате клубится дым, пахнет горящим табаком.

Я отчаянно хочу потереться обо что-нибудь пульсирующим клитором и качаюсь вперёд, прижимаясь к Башу, скольжу по его коже.

– Чёрт, Дарлинг. Да, вот так.

Внутри меня он напрягается ещё больше.

– Чёрт. Чёрт, да.

Он набирает полную грудь воздуха, выдыхает, затем слитным движением всех мышц тела с последним резким толчком, рыча, изливается в меня.

И я тоже уже близко.

Хотя бы ещё несколько движений.

Я крепко обхватываю Баша за шею и тяжело дышу. Я вся в поту, от летнего воздуха ещё жарче.

Так близко.

Так близко.

Сильная рука хватает меня за талию и отрывает от Баша, жар и удовольствие обрываются.

Внизу я вся мокрая, дрожу и истекаю спермой.

– Убирайся, – велит Пэн Башу.

– Чёрт возьми, – возмущается Баш, подтягивая штаны. – Если ты пытаешься преподать мне урок, то уже поздновато.

– Живо, – выплёвывает Пэн, всё ещё прижимая меня к груди.

После ухода Баша он разворачивает меня и швыряет в кресло. Цепь со звоном натягивается.

Затем указывает на меня пальцем, в лунном свете вспыхивает серебряное кольцо.

– Ты не понимаешь, во что ввязываешься.

– Меня похитили. Чего тут не понять.

Пэн явно взбешён.

Хорошо. Этого я и хотела. Подобраться к ним ближе. Найти их слабые места.

Это мой талант. С этим я справлюсь.

Задираю выше подол платья. На трусиках тёмные мокрые следы – и мои собственные выделения, и сперма Баша.

У Пэна не выходит не смотреть. Сжимая челюсти, он склоняется ниже.

Я оттягиваю трусики в сторону, обвожу влажную дырку, вставляю внутрь кончик пальца.

Я упиваюсь процессом. Может быть, даже слишком.

Я как ребёнок, которого пустили на ярмарку, – хочется испробовать все аттракционы и игры.

Ну а действительно, что мне терять?

Вчера я и не думала, что нечто подобное может произойти со мной на самом деле.

А даже если и нет, даже если всё это сон, то тем более разрешено творить всё, что, чёрт возьми, захочется.

С громким стоном я принимаюсь тереть клитор.

Пэн смотрит на меня, не отрываясь, почти белые глаза едва не мерцают в лунном свете.

Я не знаю, кто он, и мне всё равно.

Знаю одно: он мой похититель, и я не позволю ему одержать верх.

Я сдвигаюсь глубже в кресло, шире расставляю ноги и ускоряю движения.

Тогда, с Башем, я уже почти кончила, когда меня отдёрнули прочь. Нужно совсем чуть-чуть.

Я борюсь с желанием закрыть глаза и полностью погрузиться в обжигающий жар.