Книга Между Рассветом и Закатом, страница 37 – Джейми Шлоссер

Взрыв обрушивается вниз.

Инстинктивно я закрываюсь руками, но каким-то образом волна огня огибает меня, словно я заключён в невидимый кокон.

Саду везёт куда меньше.

Всё вокруг вспыхивает. Живая изгородь загорается, плющ сгорает, как сухой хворост.

Нам нужно уходить.

Судя по всему, Зелла думает так же. Она подбегает ко мне, расправляет крылья, и, сцепив руки, мы взмываем в воздух, оставляя позади пылающий лабиринт. Я смотрю вниз — узор из огня переливается оранжевым и жёлтым.

Свет такой яркий, что Делаверия выглядит, словно Царство Дня.

— Только ты способна превратить ночь в день, — пытаюсь пошутить я.

Она отвечает полувсхлипом, полусмехом.

— Твои сады… Мне так, так жаль.

— Они вырастут снова.

— Когда Сайлас ударил тебя кинжалом, я подумала… я подумала…

— Я знаю. Но он не задел сердце.

— С вами обоими нужно что-то делать, — она качает головой. — Мне не нужно неблагополучное королевство.

Я собираюсь согласиться, но она вздрагивает, увидев, что происходит внизу.

Все гости уже покинули дворец. Они столпились на балконе, привлечённые светом и хаосом. Кто-то в ужасе прикрывает рот. Кто-то кричит, цепляясь за близких.

И теперь они будут сомневаться в моей молодой жене ещё сильнее.

Мы приземляемся на камни под балконом, рядом с Сайласом и Тейей.

— Приём окончен, — громко объявляю я, перекрывая рёв пламени. — Спасибо, что пришли. Но теперь нам с королевой Зеллой нужно кое-что обсудить.

Охрана начинает уводить гостей обратно внутрь. Большой зал пустеет лишь спустя несколько минут.

Тем временем я призываю тучи. Гремит гром, и дождь обрушивается на лабиринт, гася огонь.

Когда гости уходят, а в саду остаётся лишь тлеющий пепел, Сайлас поворачивается ко мне. Его взгляд останавливается на Зелле.

— Она опасна.

Я мог бы обидеться. Но не обижаюсь.

В его голосе нет страха или отвращения.

Только уважение.

— Она такая, — с гордостью подтверждаю я.

Грудь всё ещё болезненно пульсирует после пережитого, но присутствие Зеллы притупляет боль. Сайлас уже перевязал шею белыми бинтами, однако кровь всё равно проступает сквозь ткань.

Я тяжело вздыхаю. Мы зашли в тупик.

— Сайлас, так больше продолжаться не может.

Кивнув, он отвечает без колебаний:

— Тогда уступи мне корону. Позволь править. Теперь моя очередь.

— Дело не в смене ролей, — раздражённо рявкаю я. — И после того, что я узнал сегодня вечером… я больше тебе не доверяю.

— Ты простозлишься, потому что я способен принимать трудные решения.

— Ты безжалостный, — парирую я. — Ты и сам знаешь, что поступил неправильно, иначе рассказал бы Тейе. Скажи, что я не прав.

На его лице мелькает сожаление. На короткое мгновение я снова вижу брата, которого когда-то любил.

— Я не хотел, чтобы чума распространилась так, — признаётся он. — Я думал, что она коснётся только королевской семьи, а не всего Царства Дня.

Его взгляд скользит к Зелле.

— Прости, что причинил тебе боль. Но всё это началось с твоей семьи.

— Хватит! — резко восклицает Зелла.

Слова звучат так громко, что неподалёку трескается стекло окна.

Её вспышка гнева поражает меня. Я видел её растерянной, злой, сломленной. Но такой — властной, уверенной, непреклонной — никогда. И, клянусь, это обезоруживающе притягательно.

Она делает резкий вдох.

— Давайте на секунду забудем о прошлом. Я к нему вернусь — позже. Я проделала весь этот путь не для того, чтобы видеть, как умирает мой любимый. Я не хочу больше смотреть, как семьи уничтожают друг друга.