Книга Присвоенная по праву сильнейших, страница 89 – Наташа Фаолини

Даже небо изменилось, стало глубокого, невероятно насыщенного синего цвета, какого я никогда невидела в этом мире.

Тишину нарушают тяжелые шаги.

Первым подходит Эйнар. Он останавливается передо мной, и в его холодных глазах больше нет ни капли льда. Только глубокое, чистое уважение. Он смотрит на меня, затем на моих чемпионов, и, сняв с руки стальную перчатку, опускается передо мной на одно колено, склоняя голову.

За ним — Ульф. Огромный вождь клана Волка подходит, его лицо, обычно суровое и хищное, сейчас серьезно и почти… смиренно. Он тоже опускается на колено, и его жест, лишенный всякой театральности, кажется еще более весомым.

А тогда уже и Вард.

Он подходит последним.

Смотрит на меня долго, и в его взгляде — целая буря. Я вижу отголоски его гнева, ревности, одержимости. Но под всем этим я вижу и нечто новое — принятие.

Он медленно, с достоинством лорда, преклоняет колено перед той, которую считал своей собственностью.

Я смотрю на них, и мой страх перед ними уходит, сменяясь чем-то другим. Ответственностью.

— Вы… вы не злитесь на меня? — спрашивает шепотом, обращаясь ко всем троим, но глядя на Варда.

За всех отвечает Вард. Он медленно поднимает голову.

— Я всегда говорил, что ты моя. И я не отказываюсь от своих слов. Но сегодня я понял, что это значит. Быть твоим — это не владеть тобой, как вещью. Это быть твоим щитом. Твоим мечом. Твоей Опорой. Мы все теперь — твои, София. И злиться на — значит злиться на свою собственную честь.

Я выдыхаю. На глаза накатываются слезы. Если бы Рикар не придерживал меня за талию, не знаю, смогла бы ли устоять прямо…

Произошло чудо — гордые, дикие воины приняли свою судьбу. Они приняли меня.

И в этот момент принятия Артефакт реагирует снова.

Я чувствую, как гул, идущий от кристалла, усиливается. Золотистый свет, окутывающий площадь, становится ярче, концентрируясь на мне. Я ахаю, когда теплая, почти горячая энергия пронизывает мое тело. Это не больно, но… всепоглощающе.

Я опускаю глаза на свои руки. Моя метка начинает сиять так ярко, что на нее больно смотреть. Но это не все.

На моей второй руке, на предплечье, из-под кожи проступает новый узор…

Я с ужасом и восхищением наблюдаю, как световые линии вычерчивают на моей коже три переплетенных символа: ревущее пламя, силуэт волка и перекрещенные мечи. Это их знак. Варда, Ульфа и Эйнара.

Он вспыхивает один раз багровым,черным и стальным, а затем застывает на моей коже таким же перламутровым светом, как и первая метка.

Но и это не конец.

Я чувствую легкое жжение на спине, между лопатками. Не вижу, но знаю, что там сейчас появляется еще один знак — сложный, витиеватый узор, который я видела на доспехах Эйнара. Знак чести и защиты.

А затем — на бедре. Легкое, почти щекочущее тепло. Там рождается четвертый знак. Знак Лисандра.

Тогда еще легкий, почти ледяной холод касается моей ключицы, у самого сердца.

Я опускаю взгляд и вижу, как на коже проступает самый сложный и изящный из всех узоров — переплетение тонких серебряных линий, напоминающих одновременно и руну, и паутину, и морозный узор на стекле.

Знак… Кайлена. Он не горит, как остальные. Холодит кожу.

Они появляются не как клеймо, а ощущаются как… части меня, которые вернулись на свое место. Словно моя душа все это время была неполной, и только сейчас, приняв связь с этими мужчинами, она обрела целостность.