Книга Забытая жена из горного края, страница 238 – Ника Цезарь

— Вот ты где! — обеспокоенный голос Наара достиг меня, когда я потирала усталую поясницу, поднимаясь из-за стола.

Наступало лето, закончилась стрижка овец, и я тщательно взвешивала варианты, как бы нам самим начать производство ткани, а не продавать сырьё. В этом году у нас были обязательства, а вот на следующий можно и построить небольшую фабрику. Вот только если я хочу фабрику на следующий год, то строить её надо в этом.

— Арчибальд говорит, что тебе нужно больше отдыхать! обеспокоенно заявил он, подавая мне свою руку для опоры.

— Глупости! Я почувствую, когда настанет время! — отмахнулась я от его слов, но не от помощи. Забавно, как складывается жизнь: неправильное знакомство с трудом затирается временем. Пару брошенных вскользь слов, необдуманных поступков — с трудом исправляются месяцами праведных дел. — Как думаешь, мы успеем закончить ещё одну башню до конца лета? Сейчас-то работ полно в полях, людей меньше на строительстве. — Конечно, закончим! Пойдём, ты всё-таки приляжешь, — он мягко подталкивалменя в сторону лестницы.

— Я не хочу лежать, я другого хочу…

— Что же ты хочешь?

— У меня в саду томаты должны созреть… Принеси… — я со вздохом заглянула ему в глаза, а он, словно я отправила его на войну, решительно кивнул.

— Никуда не уходи! Я скоро! — он стремительно покинул зал в то время, как я довольно осматривала главный зал. Давина стала экономкой и вовсю суетилась в зале, отдавая распоряжения служанкам. Они вычищали прошлогодние циновки, раскладывали пучки трав для запаха и избавления от вредных насекомых. Хоть я в последнее время и не видела их, но порадовалась предусмотрительности Давины.

Стены замка были светлыми, чистыми и до боли родными. Медленно выкатившись, как колобок на ножках, во двор, я довольно осмотрелась. Был один из тех редких дней, когда природа будто лениво дышит тёплым, еле заметным ветерком, птички неспешно чирикают, а бабочки будто замедленно порхают по цветам.

— Словно в ожидании, — хмыкнула я, — но рано…

Но, заметив проезжающую через ворота сгорбившуюся фигуру на чёрном ослике, я внутренне напряглась, а присмотревшись — поражённо замерла.

— Кайра, — выдохнула я, узнавая старую ведьму. Она медленно остановилась около меня в то время, как к ней подбежал мальчишка-конюший.

— Ну и местечко у вас! — проворчала она, с трудом слезая с осла. — Пока доехала, все кости перетрясла! — Я рада тебя видеть!

— Ещё бы! Тебе-то рожать… сегодня. Эй, ты поосторожнее с моим котлом, он мне ещё от бабки достался! — ткнула она пальцем в мальчишку, что хотел отвязать её узлы.

— Нет, я бы почувствовала, — отмахнулась я от её слов, которые были обращены ко мне, с улыбкой глядя на замершего конюха. Её напор не изменился, так же, как и сверкающие изумрудной зеленью глаза.

— Ну-ну, — хмыкнула она, махнув на меня сухой ладонью, — смотри, кого я тебе привезла, — сверкнула она своими изумрудными глазами в сторону маленькой темноволосой девчушки, которая настороженно смотрела на меня. — Не бойся, — успокоила её старуха, — она тебя полюбит!

— Это же… — выдохнула я, узнавая.

— Да, она, — словно читая мои мысли, проговорила Кайра, — спасла, одарила магией, так будь любезна и позаботься о ней… Мать была рада, когда я сказала, что заберу её к той, что подарила ей жизнь.