Книга Забытая жена из горного края, страница 205 – Ника Цезарь

— Откуда мне знать?! — усмехнулся дядя, — дети — не моя забота! К тому же, она совсем дикая без тебя!

— Ладно, разберусь сама.

— Мой сын нашёл тебя у супруга, он прибудет в замок? Дракону здесь не будут рады!

— Мои отношения с супругом мы оставим на потом. Меня сейчас интересует другой вопрос: как поживает твоя супруга? — не дала я ему взять разговор в свои руки.

— Её казнят завтра, ты подоспела вовремя, — сказал дядя, не глядя на меня. Его голос был сух и пуст.

Я же в это время ликовала. Успела.

— Она созналась?

— Змея она! Даже перед смертью пытается извернуться! — его губы сжались, словно он сдерживал себя в высказываниях, — но я в этот раз не дам ей себя провести! Она не имела права поднимать руку на леди. Я не в восторге от тебя племянница, но и убить чужакам не позволю. Да, и наш народ не простит. Мы здесь все связаны кровью — одна семья! И защищаем друг друга.

— Вы столько лет женаты, а ты все равно считаешь её чужачкой… Немудрено, что она обозлилась, — вздохнула я, наблюдая, как он недовольно стрельнул в меня взглядом. — Я хочу с ней поговорить. Отведи меня к ней.

— Сейчас?

— Да, не будем откладывать! Я хочу развеять свои сомнения. У меня было время подумать о том, что со стороны любая беда кажется меньше, чем вблизи. Может, мне пора взглянуть на суть моих проблем иначе?

Мрачное подземелье, хоть и было вычищено прислугой, всё так же наводило тоску. Давящие стены, холодный камень и медленно капающая вдали струйка воды были созданы для того, чтобы эмоционально давить на заключённых.

Женщина сидела в дальней камере у каменной стены. За время нашей разлуки она сильно исхудала, глаза впали, а волосы поблекли. Она неистово сжимала пальцы, раскачиваясь из стороны в сторону, ещё и тихо подвывая.

— Давно она в таком состоянии? — озадаченно замерла я перед решёткой.

— Близость расплаты может свести с ума кого угодно, — прохрипел дядя, задирая голову. Было видно, что ему всё же нелегко. А кому было бы просто увидеть человека, с которым у тебя была семья в таком состоянии?

— Тётушка, — позвала я её, но она даже не пошевелилась. — Катрин, — имя дало чуть больше результата, она быстрее забормотала, расшатываясь из стороны в сторону. — Откройте дверь, — велела я стражнику, что сторожил её. Мужчина бросил быстрый взгляд в сторону дяди.

— Не стоит, Линн, — начал было он, но был остановлен моим тяжёлым взглядом.

— Я сама решу. Открывайте! — велела я. Стражник больше не колебался, суматошно звякнув ключами по навесному замку.

Медленно ступая по ещё чистой соломе, я отмечала, что содержать её старались в лучших из возможных для заключённого условиях. В кувшине стояла чистая вода, а в железной миске лежала нетронутая каша.

— Катрин, — вновь позвала я её приседая рядом. Некогда красивое платье было грязным и порванным, а на кистях женщины виднелись почти зажившие синяки. — Откуда они? — нахмурившись, я попыталась их коснуться, но она отдёрнула от меня руки.

— Нет! Не трогай! Не трогай! — громко запричитала она. На мгновение я подумала, что она меня узнала, но взглянув в её абсолютно отрешённые глаза поняла, что ошиблась.

— Это Линн, ты хотела со мной поговорить, помнишь? — мягко спросила я её. — Написала мне письмо…

— Письмо? Письмо! Мёртвая птица-мёртвая птица! Чужой ребёнок стал расплатой, — вцепившись мне в руку, прокаркала она.