Книга Баллада о зверях и братьях, страница 171 – Морган Готье

Даже если бы я захотела возразить, Сильвейн не оставляет мне такой возможности, исчезая в коридоре.

ШЭЙ

Как и обещано, на следующее утро, когда я просыпаюсь, мне доставляют коробку с прикреплённой к ней запиской.

Никакой возможности для возражений, и, что странно, у меня нет желания спорить с её приказами. Конечно, мысль оказаться верхом на драконе меня до жути страшит, но вместе с тем внутри меня разгорается пламя, словно я всегда была предназначена для этой жизни.

Остаток утра проходит в смутном тумане. Надев белые ездовые кожаные доспехи, я встречаюсь с друзьями за завтраком и сообщаю им, куда направляюсь. Никс с радостью соглашается сопровождать меня в качестве охраны, и у меня почти разрывается сердце, когда я говорю, что вместо него пойдёт Атлас, поскольку именно его моя мать считает моим телохранителем.

Атлас не многословен во время нашей утренней трапезы, но как только я встаю, чтобы уйти, он тут же вскакивает на ноги и с улыбкой смотрит на меня сверху вниз, пока мы направляемся на крышу замка, где нас ждут птицы.

— Не упади.

Я слышу заботу в его голосе, несмотря на игривую подачу, и киваю:

— Постараюсь удержаться в седле.

Когда мы, наконец, добираемся до Фэндруила, Сильвейн замечает нас, когда мы спускаемся к драконьим загонам.

— Вы пришли.

— Мы пришли.

— Первым делом. Дай-ка на тебя посмотреть, — она делает жест, чтобы я повернулась, и я послушно вращаюсь вокруг своей оси. Она улыбается с одобрительным кивком: — Ты выглядишь как Базилиус.

— Возможно, я так выгляжу, но чувствую себя самозванкой, — признаюсь, бросая взгляд через плечо матери на других всадников Базилиус, собравшихся либо потренироваться, либо посмотреть, как я опозорюсь, — пока не знаю.

— К этому нужно привыкнуть, — она становится прямо передо мной, закрывая собой вид на остальных, и тем самым возвращая мой взгляд к себе. — Кровь Базилиус течёт в твоих венах, и я не сомневаюсь, что ты быстро всему научишься.

— А если не научусь? — спрашиваю я, но ответа не получаю, потому что рёв из драконьих «конюшен» разносится по горѐ.

— Что это было? — Атлас делает шаг ближе ко мне.

— Это Сераксэс, — устало вздыхает Сильвейн. — Она неохотно принимает седло. Не привыкла носить его, как другие драконы.

Я качаю головой, с каждой яростной вспышкой в её рёве, всё больше сомневаясь в своём решении.

— Может быть, это не лучшая идея…

Оченьразозлённая Сераксэс с грохотом выбивает двери, топая мимо двух дрессировщиков, которым каким-то образом удалось закрепить белое седло на её теле. Леденящий взгляд её голубых глаз становится ещё холоднее, как только она встречает меня. На мгновение мне кажется, что она сейчас заморозит меня на месте, но вместо этого она рычит на меня, её пронзительный вопль даёт понять всё, что нужно знать. Я не поеду на ней ни сегодня, ни когда-либо ещё.

— Иди к ней, — Сильвейн мягко подталкивает меня вперёд.

— Ты с ума сошла? — шиплю я, стряхивая её руку с себя. — Если я подойду к ней…

— Ты должна показать ей, что не боишься её.

— Но я боюсьеё, — огрызаюсь я.

— Базилиус не показывает страха, — резко говорит Сильвейн, не собираясь уступать, и я сразу понимаю, откуда у меня упрямый характер. — Подойди к ней медленно, держа руки на виду. Покажи ей, что ты не желаешь ей зла, что ты не боишься её и что займёшь своё законное место.