Книга Появись, появись, страница 21 – Алексия Оникс

Мой рот приоткрывается, но звука нет. Я даже не могу это отрицать, я промокла насквозь. Снимаю чёрные спортивные штаны, оставаясь в одном бра и трусиках. «Ублюдок».

«Вот как, это уже прогресс». Он наклоняется вперёд, упираясь локтями в колени. «Честность полезна для души, дорогая».

«Я никогда не была настолько отчаянной, чтобы трахнуть кого-то, что заставлял её играть в детскую игру с выпивкой». Я бросаю на него убийственный взгляд, но улыбка выдаёт моё блефующее лицо.

«Отчаянный — это сильно сказано, но позволю тебе выиграть этот раунд». Металлический звон его расстёгивающегося ремня заставляет сердце колотиться. Может, это я отчаянная. Его член твёрдый, когда он встаёт в одних чёрных боксёрах. Он смеётся, заметив, куда упёрся мой взгляд, но тут же возвращается к прерванной игре. «Я никогда не…»

«К чёрту». Я встаю и обвиваю рукой его шею, притягивая его рот к своему в жадном, нетерпеливом поцелуе. На вкус он как пряность и опасность, и от каждого движения наших языков моя киска пульсирует.

Неожиданно он отрываетсяот меня и обходит стол. Решительно прижимает меня к холодильнику, от силы удара бутылки внутри звонко брякают. Мои ноги поднимаются и смыкаются вокруг его узкой талии, а промокшие трусики прижимаются к его животу.

«Я не из тех, кто сдаётся, детка. Я играю честно». Он трётся о меня. «Я никогда не хотел, чтобы незнакомец жёстко трахнул меня так, чтобы я кончил так сильно, что едва мог говорить».

Всё, что я слышу, — это стук сердца и прерывистое дыхание, и я пытаюсь подавить своё желание. Но не могу. Снимаю кружевное бра, и прохладный воздух покалывает затвердевшие соски.

Его рука сжимает мой подбородок, когда он откидывается назад, вдоволь наглядевшись. «Не могу дождаться, чтобы зарыться лицом между ними». Он наклоняется вперёд и снова трётся о меня. «Твоя очередь, дорогая».

«Я никогда не, ах…» — меня прерывает, когда он трётся сильнее, его торс с нажимом давит на мою чувствительную киску. «О боже, пожалуйста, просто трахни меня».

Он болезненно сжимает мои щёки, вызывая слёзы на глазах. «Ты сдаёшься?»

«Да». Я с трудом выдавливаю слова сквозь его хватку.

«Тогда я выбираю следующую игру. Это моя любимая». Зловещий блеск вспыхивает в его глазах, но это лишь усиливает мою потребность. «Но не волнуйся, сначала я выебу твою жадную киску».

Следующий поцелуй голоден, будто он ждал, чтобы полакомиться мной гораздо дольше, чем всего полчаса. Он не колеблясь начинает пир. Губы сосут и ласкают мою кожу, уделяя особое внимание ключицам, груди и верхней части бёдер. Кажется, прошла вечность и не прошло вовсе никакого времени, пока я теряюсь в собственнической хватке его тела. Я потею, задыхаюсь, стону от желания. Я не могу ждать дольше.

«Мне нужно, чтобы твой член был внутри меня». Мои пальцы пробираются в его трусы, и его член высвобождается. Капля предэякулята поблёскивает на головке. Моя рука с благоговением скользит вверх и вниз по стволу, и я поднимаю взгляд на него. «Трахни меня, пока ко мне не вернулось чувство самосохранения и я не вышвырнула тебя отсюда». Я шире раздвигаю ноги в приглашении и обвиваю рукой его шею сзади, притягивая ближе.

Он перемещает нас к стойке, чтобы моя попа оказалась на краю, отодвигает трусики в сторону и без колебаний приставляет свой член ко входу. «Самосохранение переоценено. Ты не согласна?»