Книга На Дороге, страница 39 – Софья Вель

Алеон взъерошился, как взбешенный кот.Элладиэль раздраженно взглянул сначала на него, а потом на музыканта и танцовщицу. Сильвия задорно рассмеялась. Было легко и весело. Голова кружилась. Лиро хорошо двигался, танцевать с ним было приятно. В ответ музыкант прошептал:

— Полюби меня, Сильвия с Дороги. Я сделаю тебя самой счастливой! Мы вместе увидим мир!

Алеон рванул к танцующим, оголив меч — это была последняя капля. Слепая ярость заполнили все существо. Нефриловые искры посыпались с рук:

«Убью! Обоих! Убью, как последнюю суку! Чтобы больше не позорила меня! Дрянь! Дешевая потаскуха!» — привыкнув говорить только про себя, проревел полукровка. Резкий удар Элладиэля свалил Алеона с ног:

«Как последнюю суку, говоришь?! — прошипел Элладиэль. — А кто её сделал такой? Отвечай! — Владыка навис угрозой. — Кто не защитил?! Кто не смог просто забрать у степняков?! Щенок, поганый полукровка, я принял тебя в своем мире, дал непобедимую армию, с одной только целью, чтобы ты привел ее в Поднебесный! Привел ко мне! Ты же, ты… Ты дважды отдал ее степнякам. Сам! Сам!!! Честь? Какая у тебя честь после этого? Ты оставил ее, оставил на пятнадцать лет в лапах врагов. Тебе было плевать на неё! Она бы так и сгинула там, кабы не ваш сын… Ты ведь гордый! У тебя есть честь! — Элладиэль наносил сокрушающие удары, явно стремясь покалечить, — Она моя! Слышишь?! Я, и только я, убью её! А ты и пальцем не тронешь!».

Лиро сильно закружил Сильвию и повалил на землю. Так, что девушка оказалась снизу. Она широко распахнула глаза и…

[1] По мотивам Юджина Волта и Нино Рота (кинолента Ромео и Джульетта, 1968)

Сны Дракона. Драго. Королева.

— Он смотрел на меня как… как будто я не человек! — Драго положил голову на белые, налитые, как яблоки, груди с остренькими твердыми сосочками. Лила обхватила голову руками. Она тихо посмеялась:

— Как раз наоборот, он смотрел на тебя, как на человека…

Драго перебирал пальцами по животу огненной эльдарийки:

— Для вас мы — насекомые? — прямо спросил молодой конунг.

— Балион — Светлый…для него все — насекомые, — уклончиво ответила Лила. Но Драго уловил виноватую ноту.

— А для Темных?

— Драго, какая разница, что о тебе думают? — Лила приподнялась на локтях, вынуждая молодого любовника повернуться к ней лицом. — Я люблю тебя. А Лим и Алион ради тебя готовы горы свернуть!

Драго улыбнулся, привставая и откидывая любовницу обратно на сухое сено.

— Любишь? — он продолжал хитро улыбаться, легко читая ответ в глазах девушки. Рыжие волосы разметались по сухой траве пожаром, а белая кожа с легким, прозрачным от нежности румянцем, казалась драгоценным шелком.

— Любишь? — уже страстно прошептал Драго, жадно сжимая упругую яблочную грудь, впиваясь губами до красноты в соски и спускаясь поцелуями к резному животу, дивной тонкой талии, к огненному треугольнику. Лила тихонько застонала, Драго с упоением поцеловал рыжие вихри, заставляя возлюбленную охнуть и поддаваясь желанию, позволить губам и языку ласкать нежный бугорок, а сильным горячим пальцам тонуть в упругом лоне.

— Любишь… — Драго на секунду отпустил Лилу, ловя губами ее стон. — Ты бессмертная любишь меня смертного?!

Лила застонала в ответ. Драго развернул девушку к себе спиной, овладевая, он крепко сжал одной рукой рыжие волосы, а второй властно прижал плечи девушки к земле. Лила закусила губу в кровь, всецело отдаваясь всаднику, и все равно боялась, что их слышит весь Хольспар.