Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 252 – Александр Нетылев

— Всенепременнейше, — с чувством заверил Император.

Видимо, живо представив себе присутствие демона на свадьбе принца.

— Прежде чем я уйду, — отметил Мао Ичэнь, — Хотелось бы подвести еще одну черту. Цзюй Юань! Подойди сюда.

Снедаемый недобрыми предчувствиями, Император Вэй, тем не менее, подтвердил приказ. На дрожащих, нетвердых ногах сын военного министра вышел вперед.

И не успел даже вскрикнуть, когда демонские когти пробили его живот.

— Я полагаю эту игру законченной, — отметил Мао Ичэнь, — И претензий к дому Цзюй более не имею. Хотите?..

К чести Императора Вэй, на вырванную печень он смотрел со спокойным лицом.

Но предложенного угощения все же не принял.

Четверка всадников покидала Лицзян на рассвете.

В утренних сумерках город казался вымершим. Казалось, сражение с демонами утомило его и погрузило в сон, — тяжелый, беспокойный сон раненого воина в лекарне под опием.

В то утро никто не вышел проводить их. Даже те, кто недавно еще заступались за «чиновника Цзянь», предпочитали сторониться Короля Демона.

Даже Ли Хуа в то утро не выпустила детей за порог.

Ворча неустанно, Байху Сяо повиновался приказу Короля и принял свой человеческий облик — облик сурового темноволосого воина с квадратной челюстью и волосами цвета стали.

Если не ради сохранения инкогнито, что уж хотя бы ради того, чтобы не пугать лошадей.

Несколько раз на протяжении пути Байху Сяо пытался заговорить со своим Королем о дальнейших планах, о покорении кланов и грядущей войне с Небесным Царством, — но Мао Ичэнь игнорировал его. Все внимание восьмихвостого лиса было поглощено Инь Аосянь. Демон-Тигр был недоволен. Буквально спиной своей Мао Ичэнь ощущал его настороженный взгляд.

Но ему было все равно.

Для Байху Сяо и Мяогуй Фея-Бабочка была из рода врага.

Они не доверяли ей.

Они опасались её.

Они подозревали, что могла она замыслить недоброе, ударить в спину их Королю.

Но помыслил бы кто-то из них о подобном, если бы хоть однажды довелось ему увидеть, как серьезные аметистовые глаза туманит поволока страсти? Продолжали бы они считать её врагом, если бы слышали, как чаще бьется её сердце, когда он берет её за руку? Если бы увидели они не Бога Войны Небесного Царства, а просто женщину с живым и любящим сердцем?

Говорил бы Байху Сяо о важности своих дел, если б ему самому оставалось быть с Мяогуй всего лишь несколько последних дней?

Именно поэтому в каждом городе и деревне, где они останавливались хоть ненадолго, Мао Ичэнь и Инь Аосянь находили возможность улизнуть на время от своей свиты. Вдвоем они гуляли по улицам, любовались местными видами, слушали уличных музыкантов и ни словом не говорили о том, что ждет их впереди.

Что будет дальше трех шагов.

— И-эр… — несмело начала Фея-Бабочка, и Король Демонов подумал, что никто не обращался к нему подобным образом вот уже две с половиной тысячи лет.

Они сидели на склоне горы над бурным ручьем, лакомясь засахареннымбоярышником и запивая его сливовым вином. Ясное небо сияло полной луною и тысячей звезд. На Аосянь было то самое платье, что подарил он ей перед Праздником Драконьих Лодок, — и венок из лент в форме цветов, купленный здесь, в деревне. Смешно: для смертных это была лишь дешевая подделка под настоящие цветы.

Для неё, для феи, это был способ украсить себя, не убивая ради этого живых существ.