Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 127 – Александр Нетылев

— У каждого убийства есть мотив, господин Жунь, —отвечал Король Демонов, — Мотив может быть безумным, но даже в безумии есть своя логика. Поэтому я искал то, что объединяет жертв. Все они — молодые девушки. Одна — вовсе совсем ребенок. Две — невесты, собиравшиеся вступить в брак, еще одна вступила в брак недавно. Перед смертью она сказала про цветы; скорее всего, убийца обращал на них особое внимание. В тот вечер она ходила за травами, и я полагаю, могла украсить себя венком из цветов.

— Вы сказали, что две из них невесты, — указал Менгъяо, — Но я помню только одну.

— Простите, господин Жунь, — поправился Ичэнь, — Я включил в выкладку четвертую жертву, которая еще жива и которую есть шанс спасти. Лоу Синь. Где иероглиф «Синь» означает «свежесть»; более того, история о том, почему ей дали такое имя, не так давно звучала в присутствии высшей столичной знати.

Министр юстиции задумался, а потом кивнул. Не было понятно, вспомнил он рассказ старика Лоу или же просто велел подчиненному продолжать.

— Сопоставив общие черты жертв, я пришел к единственному выводу. Их всех объединяет нечто, что напоминает убийце о юности и свежести. Как сказал коронер Гу, при всей жестокости убийцы ни одна из них не подверглась надругательству, — из-за благородства? Не думаю. Я пришел к выводу, что убийца стар, нездоров и немощен в мужском плане. Каждый взгляд на юную девушку, у которой вся жизнь впереди, напоминает ему, что его собственная жизнь подходит к концу, что люди вокруг уже смотрят на него как на ходячего мертвеца. И это осознание наполняет его злобой. Злобой, которую он выплескивает в убийстве.

Ичэнь развел руками. Настало время для самой рискованной части.

— Эти выводы я сопоставил с тем, что удалось найти на месте исчезновения последней жертвы. Убийца — из богатой семьи; разъезжает на карете со свитой. И след его ведет в центральный квартал. У меня есть один главный подозреваемый. Министр Фань.

Воцарилось молчание. Жунь Менгъяо не ужасался. Не кричал о своем неверии. Не рвал на себе волосы, сокрушаясь, как мог он доверять убийце.

Он был выше этого.

— Министр Фань — мой давний друг и соратник, — будничным, спокойным тоном заметил министр юстиции.

— К сожалению, мне нечего сказать в утешение, Ваше Превосходительство, — отвечал Ичэнь, — Ваш давний друг и соратник замучил и убил трех девушек. И прямосейчас мучает четвертую.

— Насколько вы уверены в своих выводах? — спросил министр.

— Достаточно, чтобы просить вас об услуге. Министр Жунь, прошу вас, повлияйте на Его Величество, чтобы он как можно скорее издал указ об обыске поместья Фань.

Жунь Менгъяо смотрел на него изучающе.

— Вы просите о многом, чиновник Цзянь. Министр Фань — чиновник первого ранга. Ваш статус несопоставим. С вашей стороны подобное требование будет воспринято как немыслимая дерзость.

— Именно поэтому я хочу заручиться вашей поддержкой, министр Жунь, — ответил Ичэнь, — Ваш статус равен статусу министра Фань; к вашим суждениям Его Величество прислушается вернее, чем к моим.

— Если они будут обоснованы, — указал Менгъяо, — Что у вас есть из доказательств?

— След кареты, ведущий к поместью, — начал перечислять Король Демонов, — Тело юноши, пытавшегося защитить четвертую жертву. И скоро будут показания свидетелей, видевших, как девушку затаскивали в карету.