Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 107 – Александр Нетылев

Однако видно было, что слова эти достигли цели.

— Я обговорю это с отцом. Однако до тех пор, пока Бессмертная секта Тайань не пришлет своих учеников, ты останешься в поместье. И если окажется, что ты обманул меня хоть в чем-то… Вынесут тебя отсюда по частям.

— Насколько надежна эта информация? — спрашивал тем же днем министр Цзюй.

Цзюй Юань пожал плечами:

— Этот человек — мошенник. У него нет ничего, кроме слов. В своем нынешнем положении он скажет что угодно, чтобы спасти свою жизнь.

Чуть помолчав, он сделал вывод:

— Поэтому я ему верю. Если бы он лгал, то лгал бы что-то более убедительное.

Цзюй Байдзе слегка усмехнулся. Разговор отца и сына проходил в кабинете, где военный министр как раз просматривал биографию чиновника, получившегоназначение в Ведомство Военного Снабжения. Печально было, конечно, что столь «хлебную» должность, которую Байдзе готовил для своего сына, получил кто-то другой, но по крайней мере, ему удалось пустить корни в Палате Державных Наблюдений.

— А еще тебе нравится думать, что человек не смог бы обойти тебя в тройке лучших, — безжалостно обличил сына министр, — Проиграть демону не столь болезненно для гордости, разве не так?

Юань слегка покраснел:

— Отец, с самых времен введения системы государственных экзаменов ни разу не бывало такого, чтобы в тройку лучших вошел простолюдин. Подобный прецедент сделал меня, как четвертого, мишенью насмешек. Но я уверен, что с этим Цзянь Вэйаном, или как его зовут на самом деле, что-то нечисто.

— Нечисто, — согласился Байдзе, — Но это может объясняться и гораздо проще. На распределение мест влияет не только знание и талант, но и наличие покровительства при дворе. Как правило, первые места занимают либо дети министров, либо их ставленники.

Цзюй Юань поморщился, прекрасно понимая болезненный намек в свой адрес, крывшийся за этими словами.

Хоть он и вошел в число придворных чиновников, но в глазах отца остался лишь беспутным повесой.

Потому что не сумел пробиться в первую тройку.

— Мне докладывали, — продолжал военный министр, — Что Цзянь Вэйана неоднократно видели посещающим поместье министра юстиции. И даже сопровождающим его дочь во время прогулок по городу.

— Вы полагаете, что он его ставленник? — предположил Юань.

Байдзе покачал головой:

— Жунь Менгъяо принципиален. Даже если он благоволит этому юноше, то не стал бы помогать ему занять должность не по таланту. По крайней мере, таков тот Жунь Менгъяо, которого мы привыкли видеть.

Он внимательно оглядел лицо сына и, к своему огорчению, не нашел на нем признаков понимания. Вздохнув, военный министр пояснил:

— Ты должен вести игру по двум параллельным направлениям. С одной стороны, отправь своих людей на гору Тянь Динь, как и предлагает этот мошенник. С другой, за время их путешествия Палата Державных Наблюдений должна получить веские доказательства, уличающие в сговоре Цзянь Вэйана и Жунь Менгъяо. Меня не интересует мелкий чиновник шестого ранга, но через него мы вытянем рыбку покрупнее.

— Вы хотите обвинить министра юстиции в связях с демонами?

— Догадался, — хмыкнул Байдзе, — Не просто в связях. Я хочу, чтобы Его Величество считал, что последнее время воля Жунь Менгъяо не принадлежит ему самому. Что он — лишь марионетка в руках беловолосого демона. А если так — кто поручится за то, что любая из его инициатив не несет в себе скрытых мотивов, о которых не подозревал даже он сам?